Читаем Дерзость полностью

Выступили вечером. Не доезжая примерно километр до торфозавода, остановили подводы. Проводник повел туда штурмовую группу. Мы с группой засады пошли дальше, в сторону деревни Люлево. На подходе к железной дороге эта группа ушла влево, мы - вправо Вышли к опушке леса. Ого! Да здесь настоящий лесной завал. С трудом пробравшись через него, очутились на вырубке. Отсюда до полотна железной дороги рукой подать, метров пятьдесят, не больше.

Пока мы знакомились с местностью, на торфозаводе раздались первые автоматные очереди, взрывы гранат, вспыхнуло пламя. Операция началась. Охранники со стороны станции Ясень пробежали мимо нас к торфозаводу, а со стороны Осиповичей, как по заказу, послышался шум приближающегося поезда. Перестук колес стал учащаться. Видимо, машинист, заметив зарево пожара и рассчитывая поскорее проскочить опасное место, решил прибавить скорость. Спешили и мы. В данном случае маскировка фугаса была не нужна, только бы успеть установить.

Вдвоем с Ольховцем делаем подкоп, ставим фугас, затем батарейку с электродетонатором. Саша Стенин, Петя Токарев, Игорь Курышев, Саша Чеклуев - в охранении. Все готово. Едва успеваем отбежать под укрытие лесного завала, как раздается взрыв, паровоз проваливается в воронку, вагоны лезут друг на друга, сквозь грохот и лязг железа слышны крики фашистов.

Мы быстро уходим. Встречаемся с остальными на том же месте, где два часа назад расстались. Группа Шашуры тоже здесь. Из засады она частью уничтожила, частью рассеяла спешивший из Ясеня на помощь гарнизону торфозавода отряд фашистов. Шашуровцы захватили несколько пулеметов и автоматов. Отряд Кочанова уничтожил казарму с гитлеровцами. Группа Шарого перебила охрану, в канцелярии захватила важные документы.

Шарый весел и возбужден, большие карие глаза его блестят, голова гордо поднята - чувствуется, доволен...

С интересом слушаю его рассказ.

- К торфозаводу подошли в сумерках. Сосредоточились в каких-нибудь пятидесяти метрах от казармы Немцы снуют туда-сюда. Затаились. Но вот наконец и отбой; улица пустеет. Надо подождать час-другой, чтобы немцы крепко уснули. Но вот беда! Двое патрульных вплотную подошли к нам, заметили что-то, сорвали винтовки с плеч и с криком "Партизанен, партизанен!" пустились наутек. Пришлось открыть огонь. Немцы из казармы тоже начали стрелять, рядом стали рваться гранаты. Завязалась беспорядочная перестрелка. Кто-то догадался принести со склада бидон керосина, матрацы, одеяла. Ничего не оставалось, как обложить казарму с тыльной стороны этим тряпьем, облить керосином и поджечь. Огонь быстро охватил сухие бревна стены, перекинулся на крышу. Вскоре весь дом запылал. Уцелевшие немцы попытались прорваться сквозь кольцо окружения. Не удалось. Перебили всех.

После того как ликвидировали гарнизон, взорвали машины, подожгли склады и другие помещения, захватили много трофеев. Рабочим приказали идти по домам. Трофеи погрузили на подводы и двинулись в обратный путь...

Так прошло почти полтора месяца нашей боевой деятельности. Сделано немало. В самом деле, стоило лететь за сотни километров, столько прошагать по чащам и болотам, чтобы воспрепятствовать нормальному снабжению немецко-фашистской армии. Спокойная эксплуатация гитлеровцами железной дороги на участках Осиповичи - Бобруйск, Осиповичи - Слуцк кончилась.

Облава

Наступило 15 июля 1942 года. В этот день впервые за время нашего пребывания в Белоруссии гитлеровцы предприняли против нас крупную карательную операцию. Накануне наш часовой на дороге Осиповичи - Коритно остановил молодую взволнованную женщину, которая, не назвав своего имени, потребовала встречи с Ольховцем или Шарым. Это была наша разведчица Зоя - Зинаида Францевна Жданова. Зоя была очень смелой женщиной, человеком, беззаветно преданным Советской власти. Рискуя собственной жизнью и жизнью своей малолетней дочери, она помогла многим военнопленным уйти из Осиповичей к партизанам, сумела вывести из Осиповичей жену и дочь Ольховца, которых немцы держали под постоянным контролем, рассчитывая на то, что Семен Миронович рано или поздно придет проведать свою семью.

Встретившись с Ольховцем, Зинаида Францевна передала ему бинты, лекарства и сообщила, что утром 15 июля против нас будет брошено несколько батальонов карателей с танками и авиацией. Гитлеровцам, сказала она, известно место расположения лагеря.

Мы ждали такой операции, рано или поздно она должна была состояться - не могло же немецкое командование примириться с тем обстоятельством, что железная дорога Осиповичи - Слуцк почти бездействует, а на железной дороге Осиповичи Бобруйск то и дело летят под откос поезда.