Читаем Derniеre danse des coeurs d amour (СИ) полностью

Дорогая мисс Уайлд!

Спешу сообщить вам, что мне стало известно о вашем возвращении в Магическую Британию. Я испытала искреннее желание написать вам, памятуя о ваших блестящих экзаменационных результатах по моему предмету и не только. Мне необходимо поговорить с вами о важных вещах. Ожидайте в три тридцать дня. С пожеланиями всего наилучшего,

директор Школы чародейства и волшебства «Хогвартс»

Минерва МакГонагалл» Подобное отсутствие официоза и даже некий намек на фамильярность был совсем не в духе МакГонагалл, но все же это письмо родом из прошлого пробудило в заскорузлой душе Флоренс что-то нежное и теплое. МакГонагалл нажала на кнопку дверного звонка в тот момент, когда часы отмерили ровно три тридцать дня. Казалось, она ничуть не изменилась — в своей неизменной темно-изумрудной мантии, в остроконечной шляпе, в тонких очках на переносице, с причудливой паутиной морщин на лице и серьезным, почти суровым блеском в темных глазах. Разве что губы стали еще тоньше, а во взгляде отражалось что-то, похожее на усталость. Бывшая профессор Трансфигурации улыбнулась, приветствуя свою бывшую ученицу, чем невольно растрогала последнюю до самых глубин души. Когда-то давно видеть улыбку «МакКошки» было для студентов событием не менее знаменательным, чем Святочный бал или финальный матч по квиддичу.

— Я хотела предложить тебе должность школьного целителя, Флоренс. Мадам Помфри уходит на покой, и мне бы хотелось видеть вместо нее кого-то не менее достойного.

Под пытливым взглядом МакГонагалл Флоренс смутилась, как школьница.

— Профессор, но почему я? Я же все-таки больше научный работник, чем детский целитель. У меня нет опыта работы с детьми, и…

— А у кого он был, скажи мне? — безапелляционно отрезала МакГонагалл, вскидывая тонкую седую бровь. — К тому же, ты была старостой своего факультета.

— Я думаю, в Мунго достаточно перспективных специалистов, которым можно было бы доверить учеников, — решилась на дерзость Флоренс, осознавая, что идет на риск. Нарваться на недовольство МакГонагалл совсем не хотелось, кем бы она сейчас не приходилась молодой женщине. — А я вполне довольна тем, чем я сейчас занимаюсь.

— Я что-то не вижу счастья на лице, — сухо прокомментировала профессор, но в ее глазах мелькнула тень сочувствия. — Выбор за тобой, но я не думаю, что ты пожалеешь, если придешь в Хогвартс. Когда-то я была в точно такой же ситуации, когда ко мне, еще молодой — я знаю, ты не можешь себе это представить, но поверь на слово — пришел Альбус Дамблдор с просьбой о переходе в Школу. Я, как и ты, долго сомневалась, отказывалась, хотела продолжать научную работу… Но ни разу с тех пор, как пришла преподавать, не пожалела о своем решении.

Подобное откровение от МакГонагалл было тем более удивительно, что в школьные годы между профессором и Флоренс не было особенно теплых отношений. Директор Хогвартса смотрела пронзительно, словно читая все самые труднодоступные и темные закоулки сердца Флоренс.

— Ты бежишь от того, что было раньше, но оторваться не можешь. Попробуй что-то другое, раз с наукой не получается. Не понравится в Хогвартсе — я подыщу замену. Просто попробуй.

— Ты сможешь, я знаю! — воскликнула Гермиона.

— Ты же гений, о чем речь! — хором заявили близнецы Уизли.

— Даже не думай сомневаться, мы в тебя верим! — воодушевленно улыбнулась Джинни.