Возникающая доверительная связь мешала процессу манипулирования, чтобы переступить через эту связь, нужно было окончательно потерять совесть. И юноша решился переступить через свою способность, и со своей способностью вступил в конфликт. В итоге он и наглым не стал, берущим от других без зазрения совести последнее. Но и собой перестал быть.

Войдя в состояние конфликта, он погрузился в состояние внутреннего раскола, «внутреннего ада», депрессии. Суть этого явления объяснена преподобным аввой Дорофеем. Он говорил, что если человек «сделает что-либо против своего устроения», то Бог оставляет его. Так оставляется смиренный, если сделается наглым. Не столько наглого, живущего порочно, Бог оставляет, а сколько «смиренного, когда он возгордится»[40].

Такому юноше задача – развить способность, действие которой он ощутил в себе. И это, за что может зацепиться тот человек, который не постиг еще своего предназначени.

Деятельность, направленная в сторону других

Человек, ищущий свое призвание, обращает внимание на то, чтобы деятельность его в данном направлении была направлена в сторону других. Помогая другим, он незаметно для себя, разрешает и собственные вопросы, находит собственный путь. Как некогда нашел его один человек, не бросивший спутницу в заснеженной степи.

Когда они пересекали на машине степь, автомобиль сломался и им пришлось идти пешком. Метель же дула так, что на расстоянии вытянутой руки не видно было ничего. И так, как одеты они были достаточно легко (они рассчитывали, что степь пересекут на машине), то стали замерзать. «Бросай меня, один ты дойдешь», – говорила женщина своему спутнику. Но он не захотел ее бросить. Он спрятал ее в попавшемся им на пути стоге сена, чтобы она не замерзла с твердой мыслью вернуться к ней, если удастся найти помощь. Идя вперед, он неожиданно для себя наткнулся на человеческое жилище (дом, попавшийся на пути, из-за метели не был виден). На ощупь он нашел дверь, отворил ее и, зайдя в дом и увидев в людей, сказал им: «Там в стогу – женщина». Сказав эти слова, он потерял сознание.

Анализируя феномен своего спасения, он пришел к твердому выводу, что он погиб бы, если бы бросил свою спутницу. Если бы он ее бросил, то не набрел бы на человеческое жилище. Набрел же он на жилище потому, что изменилась траектория его пути в связи с его заботой о сохранении жизни другого.

Этот пример приводится в постскриптуме статьи «Горение сердца», созданной на основе лекций с одноименным названием. Главные темы статьи – угасание сердца, ассоциируемое с депрессией, и оживление деятельности сердца, ассоциируемое с возвращением способности любить, воспринимать и заниматься творчеством (под творчеством может подразумеваться не только, например, написание книг, но и вдумчивая жизнедеятельность – жизнетворчество).

Часть II. Ангедония и две фазы – возбуждения и апатии

Цикл статей «Преодолеть отчуждение» возник на основании лекций с одноименным названием[42]. В двух частях лекций разбирались различные причины уныния, депрессии и ухода в экстремальные активности. На состояние уныния люди реагируют по-разному. Кто-то пытается познать причины возникновения уныния и сопротивляется накатывающей апатии. Кто-то в апатию погружается, а кто-то пытается «перебить» уныние возбуждением, вызванным, в том числе, и экстремальными активностями. Депрессия не обязательно может ассоциироваться с образом человека, угаснувшего и осунувшегося. С виду цветущий и активный человек может при ближайшем рассмотрении оказаться пораженным внутренней червоточиной тоски. Внешняя веселость иногда соседствует с внутренней истерикой. Если человек не сознает подлинных причин внутреннего слома, то проблему внутреннюю он пытается нередко «перебить» яркой эмоцией.