– Когда ты закладываешь во что-то смысл, ты хотя бы даешь явные инструкции и указания, какую работу выполнять. Взять программирование. Ты пишешь код, который в прямом смысле просто говорит, что делать компьютеру, который исполняет твой код. Если бы у компьютера было самосознание, ему бы Творец, программист, объяснил: на тебе майнят биткоины, поэтому ты и пыхтишь. Что майнят на мне? Зачем мне пыхтеть в этом мире и кому я служу, и какую пользу с меня имеют? Жизнь была бы не такой тщетной, если бы мне просто сказали: «Ты – шестеренка в нашей большой системе. Мы тебя создали, чтобы ты просто вырабатывал ресурс. Ваш звонок очень важен для нас, пожалуйста, оставайтесь на линии». Я бы с радостью остался на линии, зная, что я – просто раб в какой-то неведомой системе, но хотя бы приношу кому-то пользу. Я и сейчас понимаю, что служу рабом во многих системах – познаваемых и не. Но непонимание своей цели меня просто томит. Некоторые люди от этой тщеты решают положить конец своей жизни. Если бы я был Создателем, думаю, я бы позаботился о том, чтобы мои шестеренки не выходили из строя из-за того, что им грустненько. Как минимум я бы сэкономил на расходах. Наш Создатель либо слишком богат и ему легко тянуть лишние траты, либо он садист, либо… Создателя никакого попросту нет, и все-таки в жизни реально нет смысла. Вот тут мы переходим к следующему пункту. Что, если жизнь – это просто огромная затянувшаяся ошибка? Знаешь, есть такой принцип, что самый большой интерес вызывает все недоступное. Как иллюстрация, например, кобель, бегающий за отшивающей его сучкой; страстные мечтания купить что-то, на что не хватает денег; желание сожрать жирный бургер, когда ты на диете. Самое забавное в этом феномене то, что, получая объект своих желаний, ты из раза в раз разочаровываешься и быстро привыкаешь, начинаешь хотеть чего-нибудь другого. Проявляющий сознательность быстро просечет, что из-за этого принципа красотой обладать нельзя. Единственное, что можно делать с красотой – созерцать ее со стороны. Дело в том, что любое живое существо – это и есть сама жизнь, а тело – проявление ее сути в поддающихся пониманию явлениях. И тут довольно очевидным становится следующее: жизнь потеряла интерес к самой себе из-за слишком большой доступности. Подумай, ради чего были миллионы лет эволюции? Ради одной вещи – выживания. Все виды просто боролись за то, чтобы приспособиться к окружающей среде, удержаться на плаву. Селекция выделяла самые сильные виды, чтобы стать доминаторами на планете, пустив корни максимально глубоко. И знаешь, что? У жизни получилось: она вывела тот самый успешный вид – человека. Она достигла того, чего так сильно желала миллионы лет – высокой выживаемости. Человеческий вид начал активно бороть болезни, колонизировать территории, уничтожать более слабые виды. Жизнь победила. А знаешь, что случилось дальше? У нее пропал интерес к себе же. Она поняла, что дальше с этим делать просто совершенно нечего, потому что вот это убожество, коим является человек, – почти лучшее, что может произойти с жизнью. Конечно, там есть еще куча всяких вещей, которые можно оптимизировать, ускорить и усовершенствовать, на что уйдет еще не один миллион лет эволюции, если человек сам себя не уничтожит.
