Заместитель главы города Наталья Алексеевна Зверева сообщила журналистам, что, по версии следствия, вымогательство происходило в течение декабря 2009 — февраля 2010 года, тогда как разрешение на ввод в эксплуатацию злополучного дома, датированное декабрем 2009 года, на тот момент уже было подписано и выдано фирме-застройщику. Следовательно, и шантажировать строительную компанию Качановскому было попросту нечем! На брифинге для журналистов супруга мэра Светлана Качановская, не скрывая отчаяния, говорила: «Этот человек никогда не мог разменяться на какую-то трехкомнатную квартиру. Муж всегда был честным человеком. Мне непонятно, по какой причине он задержан. Муж очень много работал, практически не бывал в семье: уходил в шесть утра, возвращался в три часа ночи. Понимаете, я, как жена, его практически не видела! Все вы помните, как Эдуард Качановский начинал свою политическую карьеру, как его облили кислотой».

Тем временем в городе организовывались пикеты под лозунгами «Вернем Смоленску Качановского!». Жители города собрали две тысячи подписей под обращением к федеральным властям с просьбой взять под контроль расследование уголовного дела.

По одной из версий, Эдуард Качановский пал жертвой грядущего юбилея Смоленска. Для подготовки 1150-летия города было выделено в общей сложности шестнадцать с половиной миллиардов рублей — эта сумма в четыре раза превышает годовой бюджет Смоленска.[244] Эти деньги должны быть направлены на модернизацию городской инфраструктуры — строительство и ремонт дорог, мостов, развязок, капитальный ремонт зданий. За «освоение» этих огромных сумм якобы боролись мэр Смоленска Качановский и губернатор Смоленской области Сергей Антуфьев. В этой борьбе низложенный мэр Эдуард Качановский оказался побежденным, а губернатор Смоленщины уже поспешил заявить: «Я бы хотел, чтобы главу города назначили по моему представлению. Для большинства жителей Смоленска не важно, как будет избран мэр, а важно, как он будет работать… Приходится цитировать Черчилля: “Демократия — не самый лучший способ управления, но другого пока не изобрели”. Всенародные выборы — это всегда риск. А я бы хотел уйти от риска».[245] Конечно, когда речь идет о расходовании шестнадцати с лишним миллиардов рублей — риск совершенно недопустим.

Разумеется, жажда наживы сгубила не одну чиновничью карьеру. Но Качановский — не новичок в политических баталиях. Неужели он мог пойти на столь откровенное вымогательство, в полной мере сознавая степень риска? Политолог Станислав Белковский 1 марта 2010 года в интервью на «Радио Свобода» так комментировал скандальный арест: «Арест мэра Смоленска Эдуарда Качановского показывает еще раз, что основные финансово-промышленные группировки, контролирующие российскую политику, в борьбе за свои цели и интересы не остановятся ни перед чем. И собственно правоохранительная система страны, ее различные фрагменты и сегменты остаются орудиями в руках этих группировок, орудиями в достижении их целей. Качановский незадолго до выборов вышел из “Единой России” и во многом поэтому выиграл выборы в регионе, где нарастают оппозиционные и протестные настроения. Но, конечно, он никогда бы не вышел из “Единой России”, если бы его не побудили к этому различные группировки, пытавшиеся снять его с дистанции. Дело не в идеологическом противостоянии Качановского и так называемой партии власти, среди спонсоров кампании по выборам мэра Смоленска не было относительного единства насчет того, кто должен стать градоначальником, и, кстати, внутри “Единой России” победили одни спонсоры, а спонсоры Качановского с этим не согласились. Я не берусь судить о том, причастен он или не причастен к тем преступлениям, которые ему инкриминируют, но совершенно очевидно, что идет борьба за кресло мэра и сопряженные с этим денежные потоки». Между тем следственные органы уверяли общественность, что никакой политической подоплеки в деле Качановского нет.

Второго июня 2010 года решением Смоленского областного суда Эдуард Качановской был отстранен от должности мэра. Вскоре после этого суд продлил срок содержания Качановского под стражей, из-за чего подследственный объявил голодовку. Через несколько дней экс-мэра перевели в больницу смоленского СИЗО.

Какой бы ни была истинная история опалы Качановского — реальное преступление или политический «заказ», — судьба смоленского мэра стала примером успешного применения технологии компрометирования высокопоставленного чиновника.

Дело в кепке, или Кепка в деле

— Я мэр Лужков.

— Каких еще лужков?