– Ну, если вы подтверждаете это, полковник, извините. Я никого не хотел обидеть. Просто у нас сегодня произошло несколько печальных историй с желторотыми вояками, так что мы немного нервничаем.

– Ничего страшного. – Лиз взглянула на меня. – Маккарти?

– Все прекрасно, – сообщил я в микрофон. – Но я собирался убить червя, а вы отнимаете у меня время. Конечно, если есть лучшие предложения, я с удовольствием их выслушаю. Только учтите, я не намерен отсиживать задницу, препираясь с вами…

– Отставить, лейтенант, – послышался очень спокойный голос Дэнни. – С вами никто больше не спорит. Вы изложили свою точку зрения. Вы выбрали. Я только хочу знать, уверены ли вы…

Что-то трахнуло по корме корабля. Мы с Лиз оглянулись.

– Абсолютно уверен, – подтвердил я.

Еще удар, на этот раз сильнее! Лиз сказала в микрофон:

– Дэнни, он стучится к нам в дверь.

– Идите, лейтенант, делайте свое дело. Мы будем держать эфир открытым на случай, если понадобится что-нибудь передать…

Я уже шел в хвост машины.

– И пожалуйста, Лиз, присмотри за своим пациентом. Ради меня.

Но Лизард тоже уже шла следом за мной.

– Возьмите фризер, – приказал я. – И маску тоже. – Вот.

Она кинула мне очки.

Что-то оглушительно таранило люк. Его рукоятка подпрыгивала и дребезжала. Дьюк вскрикнул во сне. Я натянул очки, поправил маску и помог Лиз надеть баллоны.

– Кто такой Дэнни?

– Полковник Дэнни Андерсон. Войска связи Северо-Запада. – Она кряхтела, затягивая ремни снаряжения. – Разумеется, он оказался здесь не просто так.

– Андерсон? – Я бросил взгляд на Дьюка. – Фамилия Дьюка тоже Андерсон.

Лиз кивнула:

– Дэнни его сын. – Она отступила назад, чтобы подсоединить трубу фризера. Дьюк начал стонать. Он наполовину проснулся. Дыхание стало очень хриплым, да и выглядел он гораздо хуже, чем раньше.

– О Боже, нет! Дверь заскрипела…

В. Как хторране называют банк крови?

О. Фруктовый бар.

25 КРАСНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

– Что там происходит? – спросила Лиз. Я и сам не понимал.

– Похоже, он пытается прогрызть дверь.

Звук был тихий, но непрерывный и хрустящий. Дверь ходила ходуном. Потом она вспучилась и со скрежетом прорвалась. Внутрь просунулось что-то черное – жвалы червя? В воздухе поплыла розовая пыль.

Я отодвинул Лиз в сторону.

– Не загораживайте прицел. – Я уперся спиной в противоположную стенку. – Как только подам сигнал, открывайте дверь и поливайте ее по всему периметру.

Готовы?

Лиз кивнула.

– Давай!

Она ударила по кнопке защелки. Люк с лязгом распахнулся наружу. Очень удивленный червь поднялся на дыбы и попятился. «Хторрррр!» Лиз шагнула, заливая проем жидким азотом; червь исчез в облаке холодного пара.

– С дороги, чтоб тебя!.. – завопил я.

Лиз отступила назад. Пар рассеялся настолько, что я смог увидеть внизу червя, изготовившегося к атаке… Как это пишут в комиксах? «На-ка, глотай свою смерть, ты, красный слизняк!» Я надавил на спуск. Ракета с пронзительным свистом прочертила полосу в проеме люка. Я почувствовал, как затылок обожгло холодом.

Последовал приглушенный взрыв. На миг тело червя вздыбилось. Он замер, похожий на удивленный знак вопроса, – и рухнул на землю. За какие-то секунды кристаллики льда покрыли весь его мех.

А потом наступила тишина.

– Ты попал? – Лиз осторожно выглянула наружу. Тело твари дрожало и корчилось, из пасти вытекала темная сукровица, и откуда-то доносилось едва слышное шипение выходящего воздуха.

– Закрой люк!

Я кинулся вперед, дернул за рукоятку, но шарниры замерзли.

Лиз потянула тоже.

– Проклятый червь помял.

– Давай тяни!

С костоломным хрустом шарниры подались, люк с грохотом захлопнулся, и мы повалились на пол.

– Боже мой, удалось! – Лиз засмеялась. – Скажете, нет?

Я перевел дух, кивнул и снова закашлялся.

– Одно дело – бомбить с воздуха… – Лиз так бурно радовалась, что, казалось, обезумела, – И совсем другое – встретиться хоть с одним лицом к лицу!

Одышка не давала мне говорить. Я показал рукой на люк. Лиз ахнула.

– О Боже!

Сквозь дыру в дверце люка можно было свободно просунуть голову, даже не снимая шляпы.

– Пенобетон?

Оцепенев, она все-таки сумела помотать головой.

– Без толку. Слишком большая дыра. Он не будет держаться. Нужна какая– нибудь заплатка.

Она стала озираться по сторонам.

– Оставайтесь здесь с фризером. Обливайте дыру, не давайте ей оттаять!

Я полез в хвост, туда, где корпус вертушки при аварии погнулся. Там отскочило несколько панелей внутренней обшивки. Тогда мне пришлось залить дыры пенобетоном.

Подобрав самую большую панель, я захватил канистру с пенобетоном и пошел обратно к Лиз. Когда я проходил мимо Дьюка, он протянул руку и схватил меня.

– Что 'оисходит?

– Все в порядке, Дьюк.

Я похлопал его по руке и попытался разжать пальцы.

– Мои ноги 'орят, М' ноги к'асные. Они 'орят. Я оторвал его руку.

– Сейчас вернусь. Потерпи,

Но он меня не слышал – он продолжал стонать.

– Отлично. Опрыскайте еще разок! – крикнул я Лиз. Она прошлась тонкой струей по краям дыры.

– Хорош! Хватит!