Читаем День коронации полностью

– Зато ты входишь в число тех, кто кровно заинтересован в этом соглашении. Договор о перезапуске Земли покроет большую часть военных расходов. Новых расходов… В противном случае нам придется оголить участок социальной поддержки малоимущих.

– Я не подпишу, – произнес Ник и выжидающе посмотрел на того, кто заказывал музыку.

– Я не прошу принять тебя это решение сейчас, – сказал Антон Степанович. – Возьми документы, почитай, подумай. И потом, ведь они не покупают Россию. Они берут эту землю в долгосрочную аренду: через сто лет твои внуки вернутся на Родину и вновь возведут собор Василия Блаженного, Кремль… Наша колыбель станет заповедной зоной…

…А потом они пили чай и беседовали о деталях предстоящей церемонии. Так, как будто эта церемония должна состояться… И пока Ник улыбался и прихлебывал чай с мятой, в его голове крутились слова Карен, брошенные как бы невзначай, – о долге монарха.

Ник поставил авто на автопилот. От резиденции АС до особняка наследника не более чем двадцать минут по ландшафтному треку. По воздуху быстрее, конечно, но Нику после нескольких дней космического путешествия не хотелось подниматься в воздух.

Несмотря на дикое желание закрыть глаза и отключиться, цесаревич раскрыл файл «Проект договора» и погрузился в чтение.

Да, получается, что Землю можно возродить, если вложиться… Хорошо вложиться: влить новую воду в океаны, откачать плохой воздух, закачать хороший, снять грунт, насыпать новый. Можно-можно… Те, кто не хочет уходить, – погибнут. Просто задохнутся… Гадкая смерть. Предполагалось, что перед началом реализации программы будет предпринята эвакуация населения. Для успокоения общественности этого будет достаточно. Общественность ведь не увидит, как волонтеры будут осуществлять первичный отбор на месте: кому жить, а кому погибнуть. Этакий «Титаник» всероссийского масштаба. Ник не по книжкам знал, каково это: быть одним из спасенных, когда другие погибли. Тогда на родном «Ангеле-1», когда жахнул очередной вулкан этой совсем не ангельской планеты, он должен был погибнуть, потому что мест всем не хватало. А погибли – мама и старший брат. Она просто втолкнула его, малявку, в разинутую пасть эвакуатора и… И жизнь для него продолжилась в приюте. А мама и Борька остались на «Ангеле». Борьке было шестнадцать, и он считал себя крутым и взрослым. Царь Борис. Наверное, толпа смяла их быстро и не больно.

– Антон Степанович? Да-да, все в порядке, я тут подумал насчет вашего предложения… Да, по поводу перезапуска… Я подумал, что если немного продлить переходный период… да? Да, я понял… А когда началась работа по перезапуску? Уже идет? Но как же… Как же…

Больше всего ему сейчас хотелось тишины. Закрыть глаза и сделать вид, что от твоего монаршего желания ничего не зависит. «Что я могу, в конце-то концов? – думал наследник. – Наорать на Антона Степановича? На мецената, который всю жизнь посвятил тому, чтобы восстановить монархию в России? Он просто прагматик, именно его прагматизм и позволил подняться ему из грязи в князи… И поднять всех нас, между прочим. А я просто родился. В нужное время от нужных родителей».

Через две минуты он будет дома, где его никто не ждет. Ни жена, с которой его почти ничего не связывало, ни дочь, которая снимала наушники только тогда, когда нужно было помыть голову. Разве что малолетний Стасик. Наследник. Какое наследство он ему оставит? «Никакого, – подумал Ник, – потому что мой долг – долг монарха. Отдать все, что я имею, на дело спасения тех людей, которые своей жизнью оплатят мое восхождение на трон». Ник раскрыл планшет, набрал код доступа к личному кабинету «КосмоБанка» и увидел свой долг: круглое семизначное число со знаком минус.

Кто мог это сделать? Да кто угодно из их команды. Любой бухгалтер, Карен, начальник охраны, глава отдела кадров, даже духовник семьи наследника отец Иоанн Федоров. Деньги были общими, потому что все они делали общее дело не за страх, а за совесть. Их всех объединяла горячая вера АС в то, что только фигура монарха способна сплотить русский народ, раскиданный по всем планетам космической ойкумены в единое целое…

– Но разве, – спросил его как-то раз Ник, – монарх обязательно должен быть из рода Романовых? То есть я к тому, почему бы вам самому…

– Не примерить корону? – с горечью спросил АС, и Ник понял, что вопрос был лишним. АС родился на Земле, и Родина наложила на него неизгладимый отпечаток. Карлик с непомерно огромной головой и ломким как у мальчика голосом мог быть шутом у подножия трона, но не самодержцем русской православной империи. Еще в двадцать первом веке заикнуться о конфессиональной ангажированности правления было невозможно, но в веке новом оторванные от корней земные народы затосковали о земной культуре и духовности. Встреча с воинствующим атеизмом первой неземной цивилизации, с которой столкнулось человечество, положило начало религиозному Ренессансу XXII века.

– Знаешь, что тебе предстоит? – сказал ему однажды отец Иоанн. – Полное отречение. Наследник престола не принадлежит себе. Он принадлежит России.