Читаем День империи (СИ) полностью

-Простите меня, Плелеклаул, за мои резкие слова. В гневе я совсем забыл, что ведь вы тоже покидаете родную планету и вам так же, как и мне, должно быть, необыкновенно больно расставаться с ней.

-Всё немного иначе, адмирал. Мы покинули свою родную Первую Илиаку ещё задолго до того, как на Земле начали строить первые пирамиды. Сейчас колыбель элиан и наша прекрасная, дивная родина уже наверняка давно закатана в бетон и застроена их заводами и клон-инкубаторами. С тех пор мы и вынуждены скитаться среди бездны космоса, уходя от преследования фаталоков. Каждый раз после того как мы находим себе подходящее место для жизни, эти машины своими сканерами и гигантскими телескопами начинают прощупывать систему за системой, пока, наконец, не обнаруживают нас и наши города. Затем всё повторяется снова. Мы покидаем свои дома, летим в неизвестность и каждую новую планету, ставшую для нас убежищем, называем Илиакой, в честь той первой Илиаки, что всегда останется самой прекрасной и самой дорогой для нашего сердца.

-И сколько планет вы уже покинули?

-Шесть. Эта будет седьмой.

-И вы собираетесь вечно скитаться так среди звёзд?

-Нет. Вселенная не бесконечна и когда-то, возможно, придёт тот день, когда уже не останется ни одного клочка земли на который не ступила бы закованная в броню нога фаталока.

-Но почему они так неистово охотятся на вас? Что у вас есть такого, что не даёт покоя этим машинам на протяжении вот уже стольких тысяч лет?

-Это долгая история,- на миг Плелеклаул закрыл глаза и задумался,- Это страшная тайна, которую уже так долго хранит мой народ. Не знаю прав я или нет, но, похоже, сегодня настал именно тот час, когда я должен, наконец, раскрыть её человеку и рассказать о том как же началась эта великая и беспощадная война. Пойдём, друг. Я покажу тебе то, чего Высший Разум боится куда больше огромных армий и тысяч боевых кораблей. Я покажу тебе оружие, способное, при удачном стечении обстоятельств, нанести Империи Фаталоков такой удар, от которого она, тотчас, погрузится в хаос и междоусобицу.

Элианин махнул рукой и попросил Ван Дюна следовать за ним. Они вместе вошли в лифт и долго двигались на нём сначала вниз, затем куда то в сторону и после этого снова вниз. Несмотря на достаточно высокую скорость движения кабинки, путь занял у них не меньше получаса. Сложно было теперь даже предположить на какой глубине они оба находились. Адмирал уже начал с опаской посматривать по сторонам, когда стенки шахты лифта из чёрных вдруг сделались прозрачными и Плелеклаул, кивнув головой, указал пальцем на одно из окон.

-Вот он - наш "Охотник". Наша главная сила и наша главная опасность.

Ван Дюн внимательно присмотрелся и на самом дне огромной, каменной пещеры заметил космический корабль невероятной и, на первый взгляд, совершенно нелогичной, с точки зрения термодинамики, формы. Издали он был похож на огромного морского кальмара, до этого спокойно спавшего и вдруг разбуженного незваными гостями. Неторопливо, один за другим, загорелись четыре глаза-иллюминатора, по крыльям и хвостовой части пробежала волна мелкой вибрации, а когда поверхности корабля коснулся яркий луч прожектора, она начала блестеть и переливаться словно живая кожа.

Лифт подвёз их почти вплотную к цели. Выбравшись наружу и пройдя несколько метров по шероховатой и чешуйчатой обшивке, они оба остановились рядом с большим внешним люком, мгновенно отворившимся прямо перед ними. После ледяного холода пещеры, внутри их ждало тепло и уют. Корабль, словно жил какой то собственной жизнью. В пилотской кабине, сам по себе, загорелся мягкий, приглушённый свет, на настенных экранах, чередуясь, мелькали непонятные значки и символы. Вдобавок ко всему этому, откуда-то сверху исходил странный голос на мелодичном и чарующем элианском языке.

Пока Ван Дюн широко раскрытыми от удивления глазами смотрел по сторонам, Плелеклаул уселся в одно из мягких и удобных кресел и жестом попросил своего гостя сделать то же самое.

-Я знаю, что у тебя сейчас возникло сразу множество вопросов, но, думаю, будет лучше если я начну всё с самого начала.

Лидер элиан сначала подождал когда адмирал, наконец, займёт место напротив его, после чего откинул голову назад и тихим и размеренным голосом начал неторопливо рассказывать волнующую и трагическую историю длинной в многие и многие тысячи лет: