Читаем Демоны Грааля полностью

Мясо оказалось жестковатым, но вполне съедобным. Пока они подкреплялись лосятиной, Колесный Призрак рассказал, что когда-то очень давно поблизости схлестнулись силы, превышающие его понимание. Отголоски тех битв до сих пор бушуют в прилегающих Отражениях, убивая привычную магию Узоров. Нечто подобное Колесный Призрак, по его словам, испытывал, когда за ним гонялись Лабиринт и Логрус, но в тех случаях Мощь была послабее.

— Битва Прародительниц? — предположил Мандор. — Да уж, после таких катаклизмов можно считать чудом, что только Козыри зашкаливает. Удивляюсь, как сами Отражения уцелели.

— Успеешь об этом пофилософствовать, — повысила голос Дара. — Ребенок устал.

«Ребенок» захихикал, внезапно удвоив свои размеры. Янтарное свечение заметно прибавило яркости.

— Двинулись дальше, — сказал он. — Еще две-три дюжины реальностей — и можно будет козырнуться в Хаос.

— Я бы задержался, — задумчиво сообщил Мандор. — Тут много интересного.

— Никаких задержек в пути! — отрезал Колесный Призрак. — Меня папа затем и посылал. Найди, говорит, их и передай, чтобы кончали ерундой заниматься и возвращались поскорее. В любой момент Хаос может быть атакован ордами варваров.

— Пошли, — вздохнула Дара, отшвырнув небрежно обглоданную кость.

Отражения были все какие-то странные. Словно не принадлежали ни Судьбе, ни Хаосу, ни Порядку. Тусклые небеса, унылый рельеф — то пески, то болото, то колючие заросли. Давняя схватка Великих Сил сделала эти реальности безжизненными — подобно тому, как атомная бомбардировка оставляет после себя радиоактивную пустыню.

Проходя через руины античного поселения, Дара не выдержала и заговорила о записях Биротога. Прочитав избранные страницы, Колесный Призрак тоже присоединился к диспуту, недоуменно заметив:

— Что же унесла Змея? Это не могло быть Копье — в те времена Копья еще не существовало в природе. А если даже существовало, то Суэйвилл пользовался Копьем много позже, так что теперь оно должно храниться в новом месте.

— Для начала нужно установить, в какой именно момент Единорог потеряла кончик рога, — сказала Дара.

Мандор собрался им ответить, но смолчал и вдруг замедлил шаг, а затем вовсе остановился, прислушиваясь к колдовским сигналам. Потом зашипел:

— Всем заткнуться! Я чувствую поблизости нирванцев. Наверняка они подслушивают нас через свой проклятый Кристалл.

Дара ничего опасного не замечала, но Колесный Призрак подтвердил, что к ним приближается герцог Фауст. Сын Вампира появился сверху, на летучем коне, сопровождаемый эскадроном рыцарей. Стало шумно от хлопающих крыльев.

«Попались, — подумала Дара. — У него целый арсенал спайкардов, так что и внучка положит, и нас с Мандором. За тетрадкой Биротога пришел, не иначе…» Она схватилась за шпагу, собираясь подороже продать остаток жизни. Снисходительно поглядев на засуетившуюся Дару, Фауст спокойно произнес:

— У нас теперь общий враг, так что советую не делать глупостей. По крайней мере до окончания войны. Я выведу вас через владения Нирваны.

— Мы никогда не примем помощь от врага! — гордо заявила Дара.

— Прекрати истерику, — посоветовал нирванец. — В отличие от вас, мы не собираемся быть единственным Великим Королевством. Мироздание висит на тончайшем волоске, больше нельзя раскачивать глобальное равновесие. Или мы соберем все силы и будем действовать совместно, или на руинах возникнет империя варваров.

— Они никогда не смогут… — начал Мандор. Фауст резко прервал его:

— Они-то как раз смогут. Более того, я не исключаю, что получившаяся в результате культура окажется лучше нашей. Просто мне этого не хочется.

— А по-моему, тебе хочется, чтобы мы прекратили поиски Копья Скорби. — Дара прищурилась, по-прежнему сжимая рукоять шпаги.

— Представь себе, ты снова ошибаешься, — возразил нирванец. — Не в моих силах запретить вам продолжать поиски. Другое дело, что я хочу найти этот атрибут раньше вас, но это уже совсем другая история. — Тоскливым голосом, в котором слышалась смертельная усталость, Фауст добавил: — По большому счету, наша вендетта исчерпана. Некому мстить. Оберон, Пифрод и Суэйвилл умерли своей смертью, Хаос обессилен и обескровлен. Наказывать тебя? Смешно. Твои прегрешения ничтожны по сравнению с преступлениями тех, кого покарало само время.

Не притронувшись к Колоде, одним лишь усилием Амулета он открыл козырную дорогу. За распахнувшимися вратами тянулся дворцовый двор, а над стеной сверкали серебряные шпили Авалона. Чуть подальше, у колоннады, спорили о чем-то Мерлин, Корвин и Гиневра.

— Пошли, — буркнул Мандор и потянул Дару за руку. — Не устраивай сцен при посторонних.

Делать было нечего. Продолжая держаться за внука, Дара шагнула в Авалон. За ней, гремя подковами, проскакали крылатые рыцари. Замыкали шествие два чародея. Они никогда не были друзьями, но легкую взаимную симпатию испытывали с давних времен.

Мандор с интересом подметил, как Фауст, прежде чем захлопнуть проход, сфотографировал покидаемое Отражение.

— Ты превращаешь снимки в Козыри? — догадался хаосиец.

— К сожалению, они не столь надежны, как рисованные.