Читаем Демон пробуждается полностью

Услышанное показалось ему глупостью, учитывая, что вокруг — безбрежные просторы океана.

— Поври не знают усталости, — угрюмо ответил Аджонас.

Эвелин слышал об этом. Поври мало кто видел; если же разгорались войны, тогда они, напротив, появлялись слишком часто. Их боевая отвага породила множество легенд — «ужастиков», которые рассказывали вечерами возле камина. Говорили, будто, несмотря на свою миниатюрность, они сильнее среднего человека и дерутся с невероятным мужеством. Могут сражаться часами, совершив далекий переход, и жестокие удары дубинкой или мечом им нипочем.

— Далеко, однако, они забрались, — заметил Квинтал. — Наверно, дней десять плыть до ближайшей земли.

— Кто знает, что у них на уме, — ответил Аджонас. — Мои друзья в Джасинте рассказывали, что в последнее время поври проявляют большую активность. Внезапно появляются перед кораблем, грабят его, а потом возвращаются в открытое море и как ни в чем не бывало ловят «синеньких», или треску, или еще какую-нибудь рыбу. Не сомневайтесь, выносливость у них просто потрясающая; говорят, они могут провести в море полтора года кряду, не высаживаясь на берег.

— Но что они делают со своей добычей? — простодушно спросил Эвелин. — Что именно забирают, когда грабят корабли, и куда все это девают?

Аджонас и Смили обменялись мрачными взглядами; монахам стало ясно, что, по-видимому, они не до конца понимают, какой опасный перед ними враг.

— Они нападают, просто чтобы убивать, — хладнокровно ответил капитан. — Берут только то, что поможет им продержаться до следующего корабля. Их до дрожи привлекают сама охота и муки умирающих.

Все монахи, кроме Квинтала, побледнели как полотно, а этот последний угрожающе проворчал что-то и посмотрел в сторону далекого корабля поври.

— Лучше держаться от них подальше, — явно занервничав, сказал Пеллимар. — Нам просто не повезло. Если бы мы взяли на сотню ярдов левее, то даже не заметили бы их.

— Но они-то наверняка заметили бы нас, — ответил Аджонас. — Наши паруса видны издалека, а поври, кроме всего прочего, обладают некоторого рода магией. Говорят, у них есть друзья из числа подводных обитателей, с плавниками на спине. Так вот, эти твари нашептывают поври, когда поблизости появляется корабль. Так что дело тут не в простом невезении, мой добрый брат Пеллимар.

— Что им может быть известно о нас? — спросил Квинтал.

— Только то, что мы одинокий корабль, забравшийся далеко от дома, — ответил Аджонас.

— А о нашей миссии?

— Ничего, — заверил Квинтала Аджонас. — Вряд ли им когда-нибудь вообще приходилось видеть монахов.

Квинтал кивнул.

— Тогда прочь отсюда, — заявил он приказным тоном.

Лицо капитана Аджонаса напряглось, но он лишь выкрикнул: — Лево руля! — и добавил, глядя на своего первого помощника: — На всех парусах, мистер Смили. У меня нет ни малейшего желания сражаться с поври.

Смили умчался выполнять распоряжение. Аджонас одарил Квинтала испепеляющим взглядом, развернулся, кивнул трем остальным монахам и ушел.

Эвелин подошел к поручням и, прикрыв глаза ладонью, до рези в них вглядывался в голубовато-серую линию горизонта. Показалось, что он увидел бочкообразное судно, но полной уверенности не было; это могла быть всего лишь игра света и тени на волнах.

«Бегущий» круто развернулся влево, его паруса наполнились ветром, и судно на огромной скорости помчалось по водной глади. Однако поври не отставали; дозорный то и дело сообщал, что видит их, и с каждым разом в его голосе все сильнее ощущались тревога и страх. Постепенно «бочка» поври начала даже сокращать расстояние.

Стоя на гакаборте, монахи и Аджонас не сводили взглядов со странного судна. Нельзя сказать, что Эвелин отчетливо видел его, но, по крайней мере, не путал больше с мелькающими на волнах тенями.

Аджонас то и дело бросал взгляды на паруса и на свой экипаж, делающий все, чтобы поймать ветер.

— Какая удивительная конструкция, — заметил Квинтал. — Почему бы людям не перенять у них эту идею?

— Во Фрипорте есть одно судно, построенное по тому же принципу, — ответил Аджонас, — и еще несколько в Урсале, предназначенные для плавания по рекам. Однако люди не поври. Кабины внутри совсем крохотные, гораздо теснее даже тех, в которых вы живете здесь, на «Бегущем». Да и выносливостью поври люди не обладают. Те могут крутить свои педали целый день, а люди — всего лишь час, самое большее два.

— Если поври не знают усталости, нам от них не уйти, — заметил Квинтал даже с некоторой ноткой уважения.

— Когда они подойдут поближе, я отправлю в лодке лучников, пусть обстреляют их горящими стрелами, — без особой надежды на успех произнес Аджонас. — Но большая часть их судна скрыта под водой, и наверху нет ничего такого, попадание во что могло бы оказать решающее воздействие. Вся надежда на то, что таким образом мы будем держать их на расстоянии, не давая возможности протаранить нас. Если они все же прорвутся, высокая скорость «Бегущего» в значительной степени погасит эффект тарана. Но тогда уж точно придется сражаться с ними. Они непременно попытаются пойти на абордаж.