Читаем Демон пробуждается полностью

Песнь Джуравиля вызвала поток образов в сознании Элбрайна: сцены войны и насилия — вроде тех, которые были связаны с Дундалисом в тот ужасный день, когда напали гоблины. К тому времени, когда Джуравиль закончил, щеки юноши были мокры от слез, и сам эльф тоже плакал.

— Мы зовем этого демона дактиль, — сказал он. — По правде говоря, его пробуждение — это скорее явление мирового порядка, чем событие, имеющее отношение к какому-то конкретному существу. Мы — я имею в виду людей и эльфов — совершили ужасную глупость, однажды позволив этому ужасному созданию проникнуть в наш мир.

— И когда демон пробуждается, начинаются войны, — сделал вывод Элбрайн. — Вроде того сражения, в котором погибла моя семья.

Джуравиль кивнул и продолжил свои объяснения.

— Последний раз демон пробудился триста лет назад. В то время мы открыто торговали с людьми, и нас было тогда гораздо больше. Не столько, сколько людей, но больше. Ко’эвайл, или «смертельная война», так мы называем то ужасное время, когда погибли четверо из каждых пяти эльфов, — он вздохнул с выражением покорности судьбе. — И с тех пор у нас рождается мало детей…

— Вас уцелело так мало, что вы решили скрыться, держаться подальше от всех остальных.

Джуравиль удовлетворенно кивнул — юноша правильно понимает его.

— И тогда мы ушли в Облачный Лес и другие, не менее потаенные места. Благодаря помощи святых людей и их драгоценным дарам — магическим камням — мы сделали так, что эти места стали недоступны вторжению извне. Так мы и живем, и здесь, и там, под покровом облаков и тьмы. Нас мало; мы не можем позволить узнать о своем существовании даже тем людям, которых считаем своими друзьями.

— Среди вас есть те, кто ни одного человека не воспринимает как друга.

— Ты имеешь в виду Тантан? — засмеялся Джуравиль. — Пойми, она просто завидует тебе.

— Завидует? Чему?

— Твоей свободе, — ответил Джуравиль. — Мир открыт для тебя, но не для нее. Поверь, она не питает ненависти к тебе.

— Готов поверить в это — до нашей следующей схватки, — эти слова Элбрайна заставили эльфа снова рассмеяться.

— Да, она серьезный противник. И к тебе требовательна в особенности. Это ли не лучшее доказательство того, что Тантан твой друг? — Пожевывая травинку, юноша обдумывал услышанное. — Она знает, что тебя ждет нелегкая судьба, и хочет, чтобы ты как следует подготовился к ней.

— Что это за «нелегкая судьба»?

— О, вот это вопрос! — Джуравиль многозначительно поднял палец. — Мы не живем больше вместе с людьми, но нельзя сказать, что все отношения между нами прерваны. Именно мы, эльфы Кер’алфар, обучаем тех, кого называют Защитниками, — Элбрайн покачал головой; никогда прежде ему не приходилось слышать ни о чем подобном. — Твой дядя Мазер был Защитником, и притом одним из лучших. На протяжении почти сорока лет он охранял наши границы от гоблинов, великанов и прочих тварей. Чтобы перечислить все его подвиги, не хватит и недели.

Элбрайном овладело непривычное чувство гордости.

— И ты будешь таким же, — закончил Джуравиль. — Защитник Элбрайн.

С этими словами эльф, как это было для него характерно, неожиданно ушел. Элбрайн понял, что урок закончен и что, наверно, это был самый важный урок, преподанный ему за все время пребывания в Облачном Лесу.

— Вот здесь, чувствуешь?

Джуравиль поднял руку, прося тишины и ощупывая обнаженной и очень чувствительной ступней поверхность камня. Спустя несколько мгновений он ощутил еле заметную вибрацию.

— Очень далеко к северо-западу, — заметил Талларейш, глядя в том направлении, как будто ожидал, что оттуда на Облачный Лес вот-вот хлынет орда темных сил.

— Леди Дасслеронд известили? — спросил Джуравиль.