– Мстислав, здесь командую я, – самым милым тоном произнесла Василиса, намекая на то, что вопрос решен и обсуждению не подлежит.

– Хм… – несколько неловко хмыкнул князь. – В таком случае позволь моим воинам помочь тебе.

– Я с удовольствием приму помощь, – кивнула она и снова улыбнулась самым обольстительным образом…

Как это ни странно, но после жуткого побоища нашли три десятка относительно целых тартара, отделавшихся легкими ожогами, а то и вообще – шоком. Не каждый день ведь видишь, когда из рук непонятного красного человека с длинными волосами срываются могучие молнии, буквально испепеляющие твоих братьев по оружию.

– Почему ты не добила этих пленников? – спросил Мстислав, когда блиц-допрос закончился и колонна двинулась дальше в Ладогу.

– Зачем убивать просто так? Лишняя кровь никому чести не делает. Эти, – она кивнула в сторону пленников, – больше не бойцы. А вот на тяжелых работах их использовать можно. Братик придумает, куда их пристроить. Для них – это шанс жить и, возможно, когда-то освободиться. А мне это просто приятно.

– Но они хотели нас всех убить!

– Поверь, они это могли сделать только случайно, – усмехнулась Василиса, одарив Мстислава снова обворожительной улыбкой и стрельнув глазками, от чего бравый воин в самом расцвете сил слегка вспотел даже, несмотря на то что в обозе ехала его молодая жена. Все-таки «фам-фаталь» в любой эпохе легко может собрать обильную жатву.

Глава 3

27 апреля 1238 года. Мир «Сот’ари». Окрестности Владимира

Юрий Всеволодович устало сидел в седле и с тоской смотрел на полностью выгоревший город. Не осталось ничего – тартары выжгли все тщательно и добротно, а потом разрушили одинокие кирпичные печи, почерневшими от сажи башенками некогда возвышавшиеся над пепелищем. Не обошли они вниманием и немногочисленные каменные здания, что теперь лежали небольшими холмами. На вид окрестности напоминали не город, а скорее тоскливую, мертвую пустыню.

Но по-настоящему жизнь никуда не ушла, так как выжили жители. То тут, то там мелькали суетившиеся горожане. Стучали топоры, старательно вгрызавшиеся в толстые бревна. Слышались усталые голоса. Владимир потихоньку оживал, поднимаясь из пепла, словно птица Феникс…

– Отец, что с тобой?

– Лучше бы я умер… – тихо произнес Великий князь.

Дружина молчала, пребывая в смешанных чувствах. С одной стороны, все понимали, что они выжили и спасли людей, но с другой, им было стыдно за то, что они по лесам бегали от степняков.

Пожалуй, только Всеволод относительно трезво оценивал обстановку.

– При Коломне и под Рязанью тартары нам учинили сокрушительный разгром, лишив большей части войска. И вот этими крохами, что остались в наших руках, мы смогли им причинить урон во много раз больший, чем большими силами в открытом бою. Они не ушли, они отступили.

– Сынок, да как же отступили? Ушли. Как голодные волки пробежали и пошли дальше – за новой дичью.

– Нет, отец. Они именно отступили. Мы обрезали им любые способы поиска пропитания, и они были вынуждены отойти. А сколько тартар осталось лежать на лесных тропинках? Сколько возле деревень да сел? Причем обитателей тех мест не побив и не ограбив. А дома – то наживное. Главное, что мы все живы и у нас есть хлеб насущный.

– Так они снова придут. И что – снова пепелища оставлять за собой? И как мы будем смотреть людям в глаза?

– У нас есть другой пример: Нижний Новгород, Городец и Рязань. Там ведь не только все выжгли, но и всех вырезали. – Но начатый по уже бессчетному кругу разговор о чести прервал конный гонец.

– Нашли! Нашли!

– Что нашли? – удивленно переспросил Великий князь, не успевший с ходу переключиться на новый вопрос.

– Обоз нашли! Степняки его прикопали, но следов много оставили. Все добро, что с Рязани и прочих городов взяли, все там, – радостно произнес гонец.

– А как вы нашли это место? – поинтересовался Всеволод.

– Так тартары, отходя, пленниц побили. Вот, воевода и заставил нас рыть землю носом, осматривая все овраги и ямы окрест. Ведь девиц с обозом держали для утех. Зря бы их резать не стали всех разом. Стало быть, сковывали они им ноги.

– И обоз, значит, тоже сковывал… – закончил мысль Всеволод.

– Да. Так воевода нам и сказал, дескать, бросили они все награбленное тут, чтобы налегке уйти от голодной смерти. Да и дальше след становился сильно жиже. Было видно, что с большим облегчением идут…

То же время. Мир «Земля». Вашингтон. Штаб-квартира ФБР

– И, несмотря на это, вы все же утверждаете, что эти ограбления банков, которые продолжаются уже восемь лет, ваша юрисдикция? – с явным раздражением переспросил директор ФБР, рассматривая гостя из ЦРУ.

– Совершенно верно, – кивнул тот. – Я понимаю вашу злость. Все-таки столько было сделано, но, по всей видимости, мы имеем дело с целенаправленными диверсиями иностранных спецслужб.

– Но у вас нет доказательств.

– У нас есть подозрения.

– У нас тоже есть подозрения. И что? Никаких оснований для передачи дела я не вижу. Поэтому это дело остается в ведении ФБР.

– Что?!