Читаем Демон-Апостол полностью

— Ну, как видите, Полуночник был среди солдат и, следовательно, тоже мог погибнуть, — сказал он наконец, думая, что нет смысла дальше обсуждать эту проблему.

Однако Ни'естиел на этот счет явно был другого мнения.

— Если бы его убили какие-то жалкие гоблины, тогда бы он не был достоин имени Полуночник, которое тол'алфар дали ему, — заявил эльф и насмешливо рассмеялся. А вслед за ним и Тиел'марави.

Однако у Элбрайна почему-то возникло ощущение, что их веселость не совсем искренна.

— Ну, это дело прошлое, а у нас впереди долгий путь, — заявила Тиел'марави.

Элбрайн удивленно посмотрел на кентавра.

— Ну, ты же знаешь, какие у них уши, — ответил тот.

— Ты обдумываешь поход в Барбакан, — сказал Ни'естиел, — на то место, где был уничтожен демон дактиль.

— К могиле брата Эвелина Десбриса, — торжественно заявил Роджер.

На эльфов, однако, его слова явно не произвели впечатления.

— И что тол'алфар думают об этом? — спросил Элбрайн.

— А при чем тут тол'алфар? — вопросом на вопрос ответил Ни'естиел.

— Полуночник вправе идти туда, куда сочтет нужным, — добавила Тиел'марави. — Мы поможем, чем сможем.

— И если сочтете нужным, — с кривой улыбкой заметил кентавр.

— Как всегда, — не стал отпираться Ни'естиел.

— Ты осмотрел местность? — спросил Элбрайн Смотрителя.

Он разговаривал с ним сегодня днем, рассказал о просьбе Браумина и напомнил кентавру, что обещал Томасу Джинджерворту помочь с восстановлением деревни.

— Нет здесь никаких гоблинов или других тварей, — ответил Смотритель. — Думаю, они удирают отсюда во все лопатки.

— Да, местность полностью очищена, — добавила Тиел'марави.

— С какой стати мы должны верить вам? — спросил кентавр.

Однако ответил ему Элбрайн, заявив, что лично он верит эльфам. Он понимал их, да и Смотритель тоже, просто последнему было труднее подавить злость. Да, тол'алфар могли спокойно стоять в стороне, глядя, как гибнут люди, — именно так они поступили, например, когда был уничтожен первый Дундалис и погибла вся семья Элбрайна, — но людей они всегда ставили несравненно выше гоблинов и прочих тварей. Если сейчас эти двое утверждали, что местность очищена от монстров, значит, так оно и было. Смотритель и сам понимал это, но ограничился насмешливым фырканьем и взмахом руки.

— Тогда что мне делать? — спросил Элбрайн. — По правде говоря, я вовсе не хочу идти в Барбакан, но, разыскивая меня, эти люди проделали долгий и трудный путь на север. И они сердцем и душой последователи Эвелина, в этом я нисколько не сомневаюсь.

— Значит, ты обязан выполнить их просьбу в память о своем погибшем друге, — горячо сказал Роджер.

— Знаешь, может, этот поход на север не такая уж и плохая идея, — неожиданно заявил Смотритель. — К тому же лично я так и не видел этой могилы, о которой столько толкуют.

— И я тоже, — сказал Роджер.

— А вы что скажете? — спросил кентавр эльфов.

— Может, и мы пойдем, — ответила Тиел'марави.

— А может, и нет, — добавил Ни'естиел.

У них тут свои дела, понял Элбрайн, связанные не только с ним. Он все еще не мог понять, почему госпожа Дасслеронд не пришла обсудить с ним лично столь важную проблему. Или Джуравиль… Где в такой решающий момент его дорогой друг, единственный друг из числа тол'алфар? И тут ему пришло в голову: а может, госпожи Дасслеронд, Джуравиля и остальных эльфов просто нет поблизости, может, они послали в Тимберленд только этих двоих?

— Ну, теперь остается лишь ждать хорошей погоды, — заметил Смотритель. — И, боюсь, ждать придется долго!

Элбрайн был согласен с ним. Он хорошо знал, что такое зима на севере: дни, недели, проведенные при тусклом свете костра, когда топливо используется экономно, только чтобы не замерзнуть насмерть, а вокруг лишь голые скалы и постепенно теряющие присутствие духа товарищи.

Элбрайн и Роджер вернулись в деревню и направились в палатку, установленную около стены большого общего дома. Браумин и остальные были уже там, томились в ожидании и явно нервничали.

— Если Томас Джинджерворт и солдаты подтвердят, что в состоянии сами защитить, себя, я поведу вас в Барбакан, — заявил Элбрайн, рассеивая опасения монахов. Они тут же начали возбужденно перешептываться. — Больше трехсот миль, переход гораздо длиннее и труднее, чем от Палмариса до этих краев.

— Не так уж трудно, — еле слышно прошептал Муллахи.

— Не так уж долго, — легкомысленно заявил Виссенти.

— Думаю, нужно начинать готовиться, — сказал Браумин.

— И когда в путь? — спросил нетерпеливый Кастинагис.

— Когда станет ясно, что ветер не убьет нас, а снег не похоронит под собой, — жестко ответил Полуночник. — Думаю, в начале или конце баффэя.

Это сообщение явно разочаровало рвущихся в дорогу монахов, но Элбрайн остался непоколебим.