Читаем Демон полностью

Сейчас я очень злился на Виолу, вопрос взаимоотношения с эльфийкой можно было решить и не на глазах всех присутствующих, даже Везунчик очнулся и сидел с обалдевшим видом, пытаясь понять смысл происходящего. Злость накипала, и я выпустил демона! Прыгнув в сторону не ожидавшей от меня такой подлянки вампирши, я схватил её за горло и прорычал: – Большшше не сссмей беззздоказззательно обвввинять и тем более нападать на ззздесь присссутвующих! И раз ты лишила всссех ужжжина, то сссегодня ты ссстоишь у плиты!

Отпустив вампиршу, которая тут же упала, откашливаясь, я повернулся к эльфийке, возле которой уже крутился Таврон. Увидев мою вторую сущность, она попятилась, но споткнувшись об какую-то корягу, упала и таращила на меня испуганные глаза. Мне преградил путь тёмный маг, наверное, решив, что я сейчас буду убивать ушастую. Но я остановился и, срубив когтями рядом стоявшее дерево толщиной в человеческую руку, прорычал: – А вы, оба, выполняете приказззы вампиршшши! Но всссе разногласссия буду решшшать только я! Уяссснили?!

Потом повернулся в сторону обалдевших вампиров и, обнажив клыки, спросил: – У кого ещщщё какие претензззии друг к другу?

Встретив мой взгляд, Виола опустила глаза. Посмотрев на тёмного мага и эльфийку, которые отрицательно мотнули головой, соглашаясь, что претензий нет, я начал успокаиваться и снова уселся напротив пленных, один из которых от увиденного обмочился и сидел с мокрым пятном в промежности. И то, что я сейчас чуть ли не прибил собственную жену, совесть меня не мучала! Не поступи я так, они бы с ушастой в конечном итоге, рано или поздно, сцепились бы на смерть. Подумав о вампирше, как о своей жене, меня вдруг осенило, что её всплеск злости – ни что иное, как банальная ревность. Капец! Приплыли!

Мои мысли прервала Виола, которая с виноватым видом спросила, что за чушь я там нёс насчёт места у плиты. Увидев её, моя злость тут же испарилась, я просто не ожидал, что она так резко превратится в обиженную девочку, а не кинется на меня с желанием отрезать мне какую-нибудь лишнюю часть тела, например, голову.

– Ээээ… У плиты – это выражение такое! Значит, что ты сегодня главная по готовке ужина, – с глупым выражением лица ответил я. Виола молча развернулась, подойдя к мешку, начала доставать крупу и приправы. Все смотрели на это, как заворожённые, и меня порадовало, что не один я офигеваю от её поведения. Как говорится -《Есть два способа понять женщину, но их никто не знает!》

Раз пока ужин нам не светит, следовало допросить пленных и решить, что с ними делать, хотя после увиденного ими здесь, в глубине души моя второя тёмная половина уже приняла решение – при любом раскладе они уже не жильцы!

– Умарт, ты как? – спросил я своего телохранителя, хотя кто кого охраняет и спасает – это был большой вопрос!

– Я в порядке! Илвус, а что здесь вообще происходит?

– А вон те нехорошие дяди, которые привязаны к дереву, хотели нас то ли ограбить, то ли убить. Только вот на разбойников они не очень-то похожи. Остаётся второй вариант! И не мог ты у них поинтересоваться – за каким им понадобилась наша преждевременная смерть, и кто эту толпу нанял, так как чуть дальше в лесу ещё кучка их издохших подельников! – просвятил я вампира.

Допросить пленных я попросил именно Умарта, так как это была его непосредственная специализация, и я бы не удивился, если бы он начал доставать запчасти от мясорубки и приступил бы к её сборке. Но пыточных дел мастер, поразмыслив, поступил просто – подошёл к дрожащим от страха несостоявшимся убийцам и среднему, воткнув в коленку нож, пару раз провернул его. Мужик заорал, что аж кляп выпал, который подобрал мой маньячный друг и вставил его обратно. От громкого вопля вскочил последний наш товарищ – Иргарт. Я приказал Везунчику успокоить очнувшегося мага, а то такое пробуждение могло вызвать у любого разумного шок, а сам подошёл к пленным и, вынув у истекающего кровью кляп, стоял молча, давая им пару минут на размышление и осознание, что шутить тут никто не собирается, потом сухо спросил: – Кто старший?

Два пленных сразу указали на крайнего левого, который, став зрителем представления, устроенного мною, обмочился.

– Не заставляй меня резать тебя на куски и рассказывай всё сам! – обратился я к нему и выдернул тряпку изо рта.