— И что? Главное, что клад у нас, ты сам говорил.

— А вдруг нет? — неожиданно засомневался Ромка. — А мы уйдем. И тогда уже искать будет негде. Нет, нельзя отсюда уходить! — со всей решимостью сказал он и уселся на кушетку, крепко прижав к себе сумку.

Из зала послышался какой-то шум, и Катька тихонько приоткрыла дверь.

— Режиссер опять чем-то недоволен, — сообщила она.

— Ну вот, — расстроился Ромка. — Теперь эта бодяга надолго затянется.

Он сунул руку в сумку и пощупал горшок с засохшей землей.

— Я вот что подумал. Что нам тут всем вместе торчать? Пусть Катька пока сбегает к Серафиме Ивановне, даст ей послушать голос Антона и вернется сюда с уликой. И тогда мы ему все вместе предъявим: и клад, и голос опознанный. А то мы тут без толку сидим и только время теряем. — Он снова потрогал цветочный горшок и тронул Катьку за локоть. — А ты нам сразу позвони от бабули и сообщи, как дела. Телефон у тебя с собой?

— Со мной.

Ромка похлопал себя по карману и вспомнил, что его мобильный остался вместе с червонцем в грязных джинсах.

— Лешка, у тебя телефон есть?

— Нет, вы же с Катькой взяли.

— Я — нет. Значит, ты, Катька, обратно дуй прямо сюда, мы еще здесь будем. А в случае чего мы тебе сами позвоним. Поняла?

— Что ж тут непонятного, — забирая у Ромки диктофон, сказала Катька.

— Тогда иди.

— Счастливо, — напутствовала подружку Лешка. — Ты еще у бабушки Симы спроси, не нужно ли ей чего, и в случае чего в магазин сбегай. Может быть, у нее хлеба нет или там молока, а она себя плохо чувствует.

— Спрошу, — кивнула Катька и зашагала к выходу.

— А она ничего, — глядя ей вслед, вдруг признал Ромка. — И в компьютерах рубит, и вообще. С вами, девчонками, тоже можно дело иметь.

— И ты еще сомневался? — сверкнула глазами Лешка. — Тоже мне, сыщик-кладоискатель, совсем нос задрал. Да что бы ты без нас делал?

— Между прочим, это я клад нашел, а не вы, — воинственно возразил Ромка. — И пока что я сам продумываю все ходы, а вы всего лишь исполнители. Да ладно тебе, не обижайся, я пошутил, — добавил он, когда сестра надула губы. Но она выражения лица не сменила. Выяснилось, что Лешка страдает из-за того, что сидит с ним, а не в зале.

— Мне так хочется посмотреть, что на сцене делается, — вздохнула она. — Рома, ну можно я пойду хоть одним глазком на них на всех гляну? Антон, кстати, играет Юбера, который является женой Журдена.

— Чего? Как это?

— А вот так. Пьесу надо знать. Катька говорит, что в ней Булгаков применил свой излюбленный прием: театр в театре. И Марина наша не просто Люсиль, дочь Журдена — хромой актер Бежар. Ну можно я хоть чуть-чуть посмотрю?

— Нельзя, — отрезал Ромка. — Обойдешься.

— Не обойдусь. Это же у них последняя репетиция. И потом, я, может, театральным режиссером буду.

— Ты же хотела быть дизайнером по интерьеру?

— Мало ли что я раньше хотела! А это тоже интересно.

— У тебя еще навалом времени думать, чем в жизни заняться. Но в зал идти все равно нельзя. Давай лучше пойдем пока на улицу и расковыряем горшок.

— А там где его ковырять?

— В скверике можно.

— А вдруг Марина выйдет, а нас нет? И снова нам ее искать?

— Ладно, тогда будем сидеть здесь. — Ромка еще крепче прижал к себе сумку с заветным горшком и застыл на кушетке.

Лешка же не могла усидеть на месте. Она то заглядывала потихоньку в зал, то выскакивала в вестибюль. Наконец она вздохнула с облегчением: репетиция закончилась.

Брат с сестрой подошли к служебному входу и стали ждать Марину.

Она вышла в своей блестящей куртке, красивая до умопомрачения, просто супер, и привычным жестом поправила упавшие на лицо волосы. Ромка онемел от восхищения. Ну почему, почему ему так мало лет?!

— О чем вы хотели мне рассказать? — спросила девушка.

Ромка очнулся. Голос его сделался таинственным.

— Мы должны показать вам одну вещь. Где бы это сделать, чтобы никто нас не видел?

— Раз такая конспирация, идемте ко мне домой. Там никого нет, мама на работе.

— А как же Катька? Мы ведь хотели ее дождаться, — напомнила Лешка. — Марина, у тебя есть телефон?

В отличие от Катьки с Ромкой Лешка очень быстро перешла с девушкой на «ты».

Актриса качнула головой.

— Не взяла. Не думала, что он мне понадобится.

— А мы ей записку на вахте оставим. Чтобы она знала, где нас искать, — сообразил Ромка.

Он достал из сумки тетрадку, вырвал листок, нашел ручку и большими корявыми буквами написал: «Катька, мы у Марины Владимировны дома».

Дежурная — другая женщина, не Таисия Андреевна, — положила записку под стекло и пообещала передать.

По дороге Ромка рассказывал, какому чудовищному риску он себя подвергал, отыскивая клад среди реквизита, и подпрыгивал от нетерпения: ему хотелось как можно скорее извлечь из горшка золотые монеты.

Глава XIV НЕПОНЯТНОЕ ИСЧЕЗНОВЕНИЕ

Марина привела брата с сестрой к себе на кухню. Там она расстелила на полу газету, достала из стола большой нож, и Ромка принялся выковыривать из горшка сухую землю. Вскоре на газете образовалась большая черная куча с прожилками корешков когда-то жившего здесь цветка.