Читаем Дело №306 полностью

Учительница Некрасова пользовалась в лагере каждым удобным случаем, чтобы собрать вокруг себя детей, облегчить их тяжкие дни, отвлечь от лагерных ужасов, поделиться с ними голодным пайком. В лагере создалась подпольная школа. Некрасова занималась со старшими ребятами русским языком, литературой, историей и географией СССР. А малыши просто лепились к ней. По памяти она читала им Чуковского, Маршака, рассказывала русские народные сказки. Дети привязались к ней, особенно пятилетний синеглазый Михась из-под Минска и худенькая, с черными косичками, четырехлетняя Гита из Харькова. Их родителей убили в этом же фашистском лагере. И сердце советской учительницы сжималось от боли, зная, какая участь уготована этим детям.

Когда врач-эсэсовец приблизился к Некрасовой, стоявшей в рядах с Михасем и Гитой, она стала просить его не брать этих сирот.

- Молчи, свинья! - раздается за ее спиной голос. Некрасова оборачивается и видит Карасеву в сером спортивном костюме, со стеком в руке.

- Я прошу… - тихо говорит учительница.

- Молчать! - визжит Карасева. - Штилль! Вслед за этим удар стека обжигает лицо Некрасовой.

Это так больно и оскорбительно, что она и сейчас, в кабинете Градова, хватается за щеку… В тот день Магда навсегда увела из лагеря семнадцать ребятишек…

- Магда Тотгаст! - кричит Некрасова прерывающимся голосом. - Я узнала тебя, Рыжая Магда!…

Тотгаст схватила висящий на спинке стула жакет и стала жадно кусать кончик воротника.

- Вашей ампулы с ядом там нет! - спокойно предупреждает ее Мозарин.

Тотгаст щупает воротник и, убедившись, что лейтенант сказал правду, бросает жакет на пол, в исступлении топчет его ногами.

- Садитесь, Тотгаст! - сурово предлагает майор. Пока Некрасова рассказывает о том, как Тотгаст истязала и умертвляла советских и польских детей, Мозарин не спускает глаз с взбешенной преступницы. Всего несколько дней назад эта «товарищ дежурная» записала его номер телефона, чтобы позвонить, если кто-нибудь из родных будет справляться о неизвестной, попавшей под машину. Кто бы мог подумать, что за полтора часа до этого «дежурная» на похищенном автомобиле искалечила Некрасову, умчалась в Сокольники, бросила там машину, а потом направилась к автобусной остановке. Теперь понятно, почему она так торопилась, когда ее задержал сержант Попов.

Удрав от Попова, она вскочила в автобус, у вокзала на Комсомольской площади пересела в такси и вовремя поспела на дежурство в аптеку. В подсобном помещении она быстро сняла белое платье и переоделась в свое обычное. А разве не хитро провела она Мозарина, подослав к нему «очевидца» Грунина?

Да, стоило больших трудов напасть на след этой «дежурной». В пузырьке, который нашли в кармане Грунина Егорова, было всего одиннадцать пилюль. Это показалось подозрительным Градову. Он посоветовался с врачом, и тот объяснил, что в пузырьке самые обычные пилюли от малокровия, но, судя по рецепту, их должно быть двадцать штук. Майор все же подозревал, что под видом безвредного лекарства здесь какой-то сложный яд, тем более что на рецепте проставлена неверная дата. Он велел Мозарину установить, в какой аптеке изготовлено лекарство. Лейтенант попросил научно-технический отдел проверить: нет ли еще каких-нибудь подчисток на рецепте? Может быть, и номер аптеки фальшивый? Оказалось, что номер правильный, но вытравлена фамилия врача: «В. Афанасьев» и другим почерком выведено: «Д-р Преображенская». Корнева установила, что для травления применялась лимонная кислота. Лейтенант вызвал управляющего аптекой, и тому не стоило большого труда точно определить, что рецепт подписан дежурным фармацевтом А. Г. Карасевой…

По мере того как все эти мысли проносились в голове офицера, ненависть сжимала его сердце. Сколько людей, детей сжили со свету такие вот магды! Как издевались и глумились они над ними! Но Рыжей Магде мало этого - она приехала сюда, в столицу победителей, продолжать свое черное дело.

Майор, записав показания Некрасовой, поднялся и поблагодарил ее. Мозарин низко поклонился. Няня медленно повезла кресло из кабинета. Преступница бросила вслед учительнице волчий взгляд…

Градов, не повышая тона, сказал:

- Итак, Магда Тотгаст, вы заметили, что гражданка Некрасова присматривается к вам. Вы боялись, что она вас выдаст, и задумали покончить с ней?

Преступница пренебрежительно пожала плечами.

- Прошу записать, что приехала сюда по принуждению. После войны я жила в западном секторе Берлина. Меня вызвал к себе офицер американской стратегической службы, сказал, что ему известно, где и с кем я работала, и предложил поехать в Россию.

- Сколько денег и в какой валюте вы дали Егорову?

- Я не собиралась платить бывшему осведомителю гестапо.

- Шмидт тоже бывший осведомитель?

- Да!

- Назовите фамилии тех, кто еще помогал вам?

- Больше никто!

- Вы не могли действовать только с помощью двоих!

- Нет, могла! Я отлично управляю машиной, но могу задавить любого человека, если полиция догадается на минуту отвернуться. К сожалению, господин майор, с вашей милицией я не могла достигнуть взаимопонимания.

- Стало быть, помешала милиция?