Читаем Дело №306 полностью

- Простите, здесь живет гражданка Карасева?

- Здесь. Только Анна Григорьевна сейчас на службе. - Дверь открылась, на пороге стояла старушка. - А вы кто будете?

- Я самый полезный человек на свете. Из мастерской химчистки. На углу, знаете?

- А-а!

- Так вот, - продолжал лейтенант, входя в переднюю, - гражданка Карасева приносила нам в чистку туфли. Кажется, она испачкала их синей краской.

- Ах, да, да! Белые лодочки! Ну и что же?

- У нас вообще-то обувь в чистку не принимают. А я из уважения к дамскому полу обещал гражданке зайти и почистить ее туфельки - так сказать, в индивидуальном порядке.

- Очень хорошо! Только вот где я их найду? - озабоченно сказала старушка, приглашая «химика» в комнату.

Лейтенант вынул из чемоданчика какие-то пузырьки, тюбики, тряпицы, щеточки. Исподтишка он с волнением следил за старушкой, шарившей в гардеробе. Правда, переодетый сержант Попов уже побывал на службе у Карасевой и сказал, что она очень похожа на ту женщину, которая выдала себя за Людмилу Иркутову. Однако, по версии Градова, туфли, если на них сохранились синие пятна, оставались отправной, важной уликой.

- Нет, нет и нет! - воскликнула старуха, хлопнув себя руками по бедрам. - И куда Анна Григорьевна их подевала? Разве поглядеть в прихожей? Там у нас шкафчик…

Она вышла из комнаты и спустя минуту вернулась и торжественно вручила офицеру «лодочки». Так и есть: на правой подошва и носок были покрыты густыми синими пятнами.

- Анна Григорьевна хотела сама почистить, да размазала, - пояснила старуха, - еще хуже стало.

Мозарин подошел к раскрытому окну, поднял туфли, разглядывая их на свет. Это был условный знак, и Градов, стоявший на противоположной стороне улицы, стал переходить мостовую.

«Да, попробуй, сведи это пятно! Получится дырка», - подумал лейтенант, а вслух сказал:

- Что ж, попытка не пытка, гражданочка!

Он расставил на подоконнике свои пузырьки с костяным маслом, керосином, резиновым клеем.

- Вот универсальное патентованное средство «Монополь», - объяснил он старушке, - последнее достижение науки и техники! Вы трете любое пятно бензином, скипидаром, нашатырем и получаете чистую дырку! Вы трете любое пятно мировым «Монополем» - и получаете чистую вещь, как с фабрики!

- А сколько вы берете за работу? - спросила обеспокоенная клиентка.

- Без запроса! Смотря по труду, времени и расходованию «Монополя». Попрошу включить электрическую плитку или зажечь газ. Надо, чтобы смесь «Монополь» закипела.

В прихожей задребезжал звонок. Старушка открыла дверь и впустила управляющего домом, понятых, Градова и двух оперативных работников. Майор объяснил женщине - домашней работнице Карасевой, кто он такой. Предложив ей отпереть все шкафы, ящики комода и чемоданы, он строго обратился к Мозарину:

- А вы что тут делаете? Кто вы такой?

- Я только зашел вывести пятна, - сказал лейтенант. - Вот бабушка может подтвердить.

- А это не вы на Тишинском рынке травите своим средством… как его? Вспомнил: «Монополь»! Не вы травите костюмы граждан?

- Ах ты, батюшки мои! - воскликнула старушка. - А я-то ему доверилась!

- Ваши документы?

Мозарин показал какое-то удостоверение и стал собирать в чемоданчик свое хозяйство. Побранив его за то, что он ходит по квартирам, майор разрешил ему уйти.

Оперативные работники тщательно пересмотрели вещи Карасевой, но ничего подозрительного не нашли.

Градов взял с собой только фотографическую карточку Карасевой, на которой она была снята в сером спортивном костюме, бриджах, сапожках, со стеком в руке. Кроме того, на столике он обнаружил телеграмму - ее принесли часа через два после того, как Анна Григорьевна ушла на работу. Текст телеграммы гласил:

«Готовим Руслана Людмилу репетиции августе взяли руководителем Иванову порядок кружке обеспечен ждем вашего возвращения Семен Семенович».

Старушка заявила, что ее хозяйка занимается в кружках: драматическом и верховой езды. В свободное время (после ночного дежурства она двое суток отдыхает) уезжает на репетиции и спектакли или в Сокольники, в конно-спортивный кружок.

Мозарин быстро переоделся в кабине автомобиля в милицейскую форму и ждал майора в переулке. Все эти предосторожности были намечены заранее.

- Конечно, - говорил Градов, сев в машину, - Карасеву можно было бы просто задержать на службе: вызвать к управляющему, предъявить ордер, и все! Но у нее могут быть сообщники, которые еще на свободе. Кроме того, все говорит о том, что Карасева - профессиональная преступница и в критическую для нее минуту может выкинуть какой-нибудь фортель. Поэтому давайте подумаем, как захватить ее наверняка и без шума…

По вечерним улицам мчится машина «скорой помощи». Гудя сиреной, она мчится мимо красных светофоров. Орудовцы останавливают автомобили и автобусы, которые могут перерезать путь кремовой машине, и она беспрепятственно летит вперед…