Мастер хотел было продолжать работу, но сын воспротивился этому и напомнил отцу о наказах доктора Галкина. К скрипачу присоединились все. И старику ничего не оставалось, как надеть шубу, которую ему подал Горохов. Он получил у Андрея Яковлевича разрешение взять с собой красный портфель и снять в студии отдельными кадрами таблички. Мы проводили Золотницких до двери мастерской. И я видел, как, спускаясь по ступеням, сын бережно поддерживал отца под руку.

ПОСЛЕДНИЙ ДОПРОС

Я поднялся на второй этаж, вошел в приемную перед кабинетом Кудеярова. Здесь уже сидели все, кого я пригласил свидетелями по делу Белкина. Я открыл дверь в кабинет. Кудеяров поманил меня пальцем и молча указал на стул рядом с собой. Я передал ему красный портфель.

После того как две стенографистки сели за столик, конвоиры ввели Белкина. Его лицо было спокойно, словно он входил в зал ресторана, где его ждали друзья. Он приветливо поклонился, после разрешения Кудеярова опустился на стул и слегка отпустил молнию своего замшевого комбинезона. Если бы все это происходило не в Уголовном розыске, можно было подумать, что перед нами показательный молодой человек конца второго тысячелетия.

Александр Корнеевич спросил его, решил ли он признаться в краже красного портфеля. Белкин усмехнулся: «Не собираюсь сам пришивать себе дело»… Кудеяров поинтересовался, был ли он в мастерской Золотницкого двадцать девятого декабря прошлого года? Белкин принялся задумчиво вычислять про себя, загибая пальцы, и наконец сообщил, что в этот день уезжал за город.

Из приемной вызвали Володю Суслова и Ивана Ротова. Они подтвердили, что двадцать девятого декабря оба были в мастерской.

- В этот день мы стояли на вахте! - добавил Володя.

- Были дежурными! - пояснил Иван.

- Часто заходил к вам в мастерскую Белкин? - спросил Александр Корнеевич.

- Он свою аппаратуру таскал то к нам, то от нас. За своего считали!

- Только и знали, что за ним дверь задраивать.

- Двадцать девятого в котором часу пришел Белкин?

- Кажется, в семь…

- Нет! - опять пояснил Иван. - Шести часов не было. В шесть Андрей Яковлевич уехал с Любовью Николаевной.

- Когда же Белкин появился?

- В шестом часу. Мы уложили Андрея Яковлевича в подсобке. Все вышли.

- Значит, вы впустили Белкина одного?

- Он же брал свою аппаратуру!

- Не ходить же за ним в кильватере!..

Тут я спросил учеников, не знают ли они, кто в начале декабря поцарапал несгораемый шкаф над замком. Иван ответил, что Андрей Яковлевич послал ученика-новичка достать из шкафа пакетик со струнами, но крышечка замка туго ходит, и тот открыл ее стамеской. Когда мастер увидел царапины и стал волноваться, он, Иван, вместе с Володей замазали их красным лаком.

Отпустив учеников, Кудеяров пригласил Любу. И она вошла еще более красивая, чем обычно.

Люба объяснила, что двадцать девятого декабря в половине шестого принесла свекру обед. Он лежал после сердечного приступа в подсобной комнате, дремал. Люба заметила беспорядок: вещи сдвинуты с места, газета валяется на полу, в приоткрытой дверце несгораемого шкафа торчит связка ключей.

- Что хранил там ваш свекор?

- Красный портфель.

- Вы заперли шкаф и секретный ящик?

- Да. Я открыла дверцу, затворила ее поплотнее, потом повернула ключ и всю связку ключей положила на столик.

- Когда открывали дверцу, видели красный портфель?

- Нет! Там были квитанционные книжки, деньги, струны…

Вызвали Марусю Ларионову. Она показала, что двадцать девятого декабря привезла Белкина в театральные мастерские и ждала его во дворе. Это было в шестом часу, а через тридцать-сорок минут помощник оператора вынес в чехле осветительный прибор и сел с ним в кабину. Они поехали на киностудию, но по пути оператор велел остановиться и пошел в гастроном. Маруся хотела переложить прибор из кабины на заднее сиденье, но только подняла его, как из-за чехла вывалился красный портфель.

- Врешь! - воскликнул фарцовщик.

- Тихо! . - стукнул ладонью по столу Кудеяров и спросил Марусю: - Портфель был на защелке?

- Нет. Укладывая его обратно в футляр, я заметила, что в нем была некрашеная спинка скрипки и большие листы бумаги с массой цифр.

- Белкин, признаёте себя виновным в краже портфеля?

- Не признаю! Во сне ей приснилось! В чехле был мой собственный красный портфель. Раскадровка сценария в нем лежала.

Александр Корнеевич открыл нижний ящик своего стола, извлек шесть разных красных портфелей и разложил их перед Марусей Ларионовой. Она посмотрела, повернула один из них другой стороной и узнала его по темному пятну, посаженному слесарем.

- Теперь, Белкин, признаёте себя виновным?

Фарцовщик сидел, опустив голову, очевидно прикидывая: продолжать отпираться или повиниться? Есть еще свидетели или Маруся последняя?

Кудеяров вызывает оператора Максима Леонтьевича Горохова. Тот входит уверенной походкой, с поднятой головой, крепко берется рукой за спинку стула. Куда девались его мягкость, добродушие, нерешительность?

- Задержанный нами Белкин заявил, - говорит комиссар, - что фотоснимки деки «Родины» и табличек нашел после вашего отъезда в отпуск у вас в рабочем столе?