Читаем Делия полностью

Она поцеловала нас обеих в щечку на прощание. Трудно объяснить, но для меня это было дурным знаком: раньше Лина не целовала меня, зная, что я этого не люблю – теперь таким образом она попросту обезличила меня, второпях чмокнув, как и Настю (и при этом ни разу не посмотрев мне в глаза – прямо как тогда, в конце седьмого класса).

В тот день у меня начисто пропало желание обсуждать предстоящий отдых с кем бы то ни было, даже с Настей. Мама забеспокоилась, когда я сообщила ей, что Настя едет с нами, сухим и слегка напряженным тоном. Испугалась, что я этого уже не хочу.

Вечер был каким-то мрачным и тянулся бесконечно. Я трижды принималась за «Мартина Идена» (потрясающая, должно быть, вещь – Настя ведь плохого не посоветует, – но я смогла прочитать страницы две), вымыла пол в коридоре, включила мелодраму, попыталась написать несколько строк своего романа (все шло так плохо, что даже их пришлось зачеркнуть)… В конце концов я поняла, что так просто меня не отпустит.

Да, я не могла не ощутить дежа вю, сдаваясь и набирая номер Лины после нескольких часов этого скомканного, бестолкового, полного бессознательного ожидания вечера – в день нашего расставания в конце седьмого класса было то же самое. Только теперь я даже не знала, чего жду. Я не брала с Лины обещания позвонить, и все было в моих руках. Надеясь, что после этого мои мысли вернутся к привычной формуле «Лина – не для меня, Настя – для меня», я набрала номер бывшей подруги.

Трубку подняла она сама. Ее «алло» не было таким уж радостным, а после моего «привет» ее голос и вовсе стал тусклым.

– Привет, Оль.

– Я хотела поговорить.

Молчание. Я откашлялась.

– Слушай…

– Если это насчет моей семьи, то лучше не надо.

– Нет. Насчет Насти. – Я сама не ожидала, что скажу это.

– Сейчас попытаешься объяснить, почему тебе хочется общаться с ней, но не хочется со мной? Не утруждайся. Я сама знаю. Я просто недостаточно нормальна для тебя, – проговорила Лина спокойно и уверенно – так, будто готовилась к этому разговору (может, и правда готовилась?) – И знаешь что? Ты тоже мне не очень-то подходишь. Мне нужен кто-то подвижный, эмоциональный и энергичный, а не только понимающий. Так что, может, оно и к лучшему.

– Очевидно, тем, что произошло у тебя в семье, ты поделилась с кем-то более подвижным, эмоциональным и энергичным, – не удержалась я.

– А тебе есть до этого дело? Думаю, нет. В последнее время тебе было не слишком интересно, что творится в моей жизни, – парировала Лина, и вдруг мне показалось, что она всхлипнула.

Это совсем не вязалось с ее решительной, почти агрессивной манерой разговора, поэтому я решила – послышалось. Однако несколько секунд спустя я различила в трубке тот же звук и вздох:

– Нервы ни к черту. Ладно, пока.

– Эй, погоди! – встрепенулась я. – Ты из-за родителей? Или…

– Какая разница.

– Мне важно!

– Тебе? Ну что ж… у меня был неприятный разговор час назад.

– Расскажи!

– Ладно. Выговориться хочется, а кому еще… Коля звонил.

У меня болезненно ёкнуло в груди. Не забывает ее… повезло же ей.

– И что?

– Умолял начать все сначала. Хуже всего то, что он обсуждал это с Пашкой, просил его не становиться между нами. А он все никак не мог понять, каким образом вообще может это сделать. Потом сказал, что припоминает мое признание на даче, но Коля может быть спокоен: хоть я и хорошо выгляжу в бикини, я не в его вкусе. К тому же он терпеть не может тех, кто на него вешается… ох, я предпочла бы думать, что дело только в его девушке, – горестно закончила Лина.

– Ну… – беспомощно начала я.

– Что «ну», не надо меня утешать! – внезапно взорвалась она. – Я выговорилась, мне легче – все! У меня все плохо – у тебя супер, довольна?

– Почему сразу супер, – зачем-то оправдалась я. – Погоди, а Коля точно все это не выдумал, чтобы ты отвернулась от Пашки?

– Да он бы до такого не додумался. Мозгов бы не хватило.

– Эй, ну не надо так…

– Прости, я опять забыла – ты же страдаешь по этому типу. Забери его уже себе наконец! Что уж там – забирай! Подруг, парня… хочешь, паспорт отдам – недавно получила! Насчет родителей не уверена – тем более папу уже забрала какая-то другая дамочка…

– Эй…

– Что ты заладила: «эй» да «эй». Говорю, что считаю нужным! Удачной вам с Настей поездки.

– Это только через три недели.

– Уместнее сказать это сейчас, чем в сентябре, когда мы увидимся в следующий раз. Пока.

Я хотела что-то – а точнее, очень даже много всего – ответить, но почему-то не стала. Только выдохнула «пока», положила трубку… и вдруг поняла, что все кончилось.

Что бы ни было дальше, близкими подругами мы больше не будем. И здесь дело не в Насте и не в Коле – просто сломалась какая-то деталька, на которой, оказывается, держался весь механизм. Починить, наверное, можно… но, наверное, не нужно.

***

А жизнь продолжалась – и вполне себе приятно. Время до нашего отъезда пролетело довольно быстро (возможно, потому что я его усердно поторапливала), и вот – свершилось.