— Извиняюсь, но боюсь — это будет проблематично. Мне не нравится жить в стране, по которой свободно разгуливают дементоры и творится чёрте что, поэтому я собираюсь в скором времени эмигрировать в другое государство и продолжу обучение в другой школе магии.

— Печально слышать, — тяжело вздохнув, сказал Флитвик. — Так всегда происходит — посредственности остаются, поскольку им хорошо или плохо при любой власти, а талантливые люди ищут спокойное место, где их талант пригодится и будет оценен по достоинству… Я вас не осуждаю, если бы имел такую возможность, то собрал бы всех студентов и увёз куда подальше или же наоборот, собрал бы всех инициативных дураков, и отправил бы порталом на луну… Но, к сожалению, дураки неистребимы, уберёшь одних, на их место придут другие. Всего вам доброго, мистер Адамс, и желаю успехов.

— Ещё раз, большое спасибо вам, профессор Флитвик.

Мы как раз дошли до кабинета декана Воронов, и я только собирался уходить, как он меня окликнул.

— Мистер, Адамс, утолите любопытство старого профессора, вы на каком курсе научились создавать чары Незримого расширения?

— На втором.

— Поразительно! — радостно воскликнул Флитвик. — Невероятно! Я грешил на четвёртый курс и ежедневные тренировки, но чтобы второкурсник… А где вы нашли эти чары? Они же должны находиться в Запретной секции.

— Книга по ремонту жилищ. Там довольно полезные чары, я при помощи их сделал ремонт у себя дома.

— А как же вы избежали наказания от Министерства магии? — удивлённо вопросил Флитвик. — Не беспокойтесь, я никому не расскажу об этом, просто любопытно. Если не хотите, то можете не отвечать.

— Да никак. Просто сделал волшебную палочку без встроенных чар слежения. К чему мне этот атавизм?

— Сделали палочку? — Флитвик замер и с восхищением уставился на меня. — Вот так вот, просто взяли и сделали? Без обучения у мастера палочек или хотя бы у артефактора…

— Да там ничего сложного. Дерево, сердцевина, рунная цепочка и два зелья, плюс знание трёх заклинаний, одно из чар, другие два из трансфигурации.

— Теперь я точно уверен, что вы сами смогли сделать себе палочку, — уважительно произнёс Флитвик. — Только боюсь, многие волшебники с вами бы не согласились, для них палочка — это словно нечто святое и возвышенное, они попросту побоятся браться за изготовление её. А вы говорите о ней так, словно это обычный инструмент.

— Так и есть, хороший, но не очень надёжный инструмент. Стоит лишиться волшебной палочки или словить заклинание немоты, как всё, обычный волшебник становится не опасней магла. До свидания, профессор Флитвик.

— До свидания, мистер Адамс.

Глава 37

С утра я попросил Тимми найти в моей библиотеке книги, рекомендованные Флитвиком. Вскоре с головой погрузился в поиски нужного рунного заклинания. К обеду нашёл нужную рунную цепочку, которая называется «Заклинание для нанесения урона инфернальным сущностям». Рунная цепочка оказалась действительно весьма длинной, мне стало понятно, что самостоятельно наносить её буду несколько дней. Ещё стоит учесть, что всё это время надо, чтобы пуля была в увеличенном состоянии.

Тут вспомнил об артефакте, позаимствованном в доме на площади Гриммо, тот самый хищный пинцет для нанесения рун. Пришлось искать книгу, в которой даются пояснения, как работать с таким магическим инструментом.

Как и ожидалось, студенты всё же добрались до неподписанного флакона с воспоминаниями. За сегодняшний день почти весь факультет Пуффендуй просмотрел комедийный триллер из реальной жизни и с одной стороны, подростки были напуганы, с другой стороны каждый раз слышалось смешки, когда кто-то поднимал руки вверх и писклявым голосом говорил: «Вытащи меня». А мои фразы (фразы Гарри Поттера) сказанные Воландеморту растащили на цитаты. Отовсюду можно было услышать: «Ёбушки-воробушки, вы ещё и зоофилы», «Когда будете насиловать, хотя бы вазелин не забудьте», «Я шёл совсем на другую свингер вечеринку»…

Ближе к вечеру флакон с этими воспоминаниями пропал, полагаю, что о нём стало известно школьной администрации, скорее всего директору, и он забрал его при помощи домовика.

После ужина в Большом зале ко мне подошла Минерва Макгонагалл.

— Мистер Адамс, пройдёмте со мной, вас вызывает к себе директор, — строгим тоном сказала она.

— Хорошо. — Я повернулся к Финч-Флетчли. — Джастин, позови нашего декана, скажи, что меня вызвали к директору, пусть подойдёт туда.

— Мистер Адамс, — сурово произнесла Макгонагалл, — не заставляйте директора ждать!

Мы поднялись наверх к кабинету директора. Вход перегораживала оживлённая статуя горгульи, которая смотрела на нас подозрительным взглядом.

— Сахарные перья, — сказала Макгонагалл и статуя горгульи отъехала в сторону. — Мистер Адамс, проходите.

Я зашёл, горгулья встала на место, было видно, как заместитель директора удалились в обратном направлении. Я оказался перед винтовой лестницей. Когда ступил на неё, то лестница подобно эскалатору стала поднимать меня наверх.