– Кажется, я понимаю, – Лема вновь натянула на лицо кровожадную улыбку.

*****

Спустя четыре дня путешествия по морю, мы наконец достигли той части Диких земель, о которой говорил капитан. В воду нас, конечно же, никто не бросил – спустили несколько шлюпок и, махая вёслами, подбросили на берег. После чего корабли подняли якоря и развернулись на обратный курс.

На берегу было необычно. После такой качки чувствовать твёрдую землю под ногами – то ещё ощущение. Они так и норовили сами подогнуться под волны, которые ударялись о камни. Но обратно привыкли мы гораздо быстрее, чем к качке.

Впереди простирался лес. Дикий, нехоженый, даже тропинки не наблюдалось, что само по себе странно. Животным ведь без надобности цивилизация, скорее, им подобные места даже в радость. Но ощущение было именно таким: ни души.

– Странный лес, – тоже приметила Лема, – даже птиц не слышно.

– Точно, – усмехнулся я, – а то меня что-то смущает, а что, понять не могу.

Действительно, кроме прибоя ничего не было слышно, хотя природа вокруг распустилась растительностью на всю катушку.

– Фтсиу, – Лема привлекла внимание своих и воинов Тихого, – глаза даже на затылке держать открытыми, в лесу что-то не так. Смотрите внимательно, куда ставите ноги, оружие держать наготове. Построение к маршу.

Началось бормотание и шевеление, а через пару минут мы уже входили в густой кустарник леса.

Две тройки бойцов ушли чуть вперёд, чтобы успеть предупредить нас в случае опасности. Одна тройка, наоборот, будет двигаться чуть позади и проверит наличие хвоста, если таковой объявится.

Всё, теперь мы на территории врага. В прошлый раз нас неплохо здесь гоняли, надеюсь, на этот раз всё будет несколько иначе.

Хотя с того времени, как мы бегали по Диким землям от Ордена, я так и не получил ответа на свой вопрос: как они нас находили?!

Глава 5

Чудовище.

Лес, действительно, оказался очень необычным, словно всё живое в нём умирало. Хотя насекомые чувствовали здесь себя довольно хорошо. С другой стороны, для них здесь совершенно не было хищников, отчего их популяция возросла до неимоверных размеров.

Пауки целыми колониями сновали тут и там, перегораживая дорогу своими плотными, липкими сетями, а уж кусты, те вообще выглядели словно коконы. От такого плотного сплетения на них даже листья не приживались.

Паутина свисала с деревьев, преграждая путь; ощущение такое, будто мы находимся в сказочном, заколдованном лесу.

Под ногами тоже постоянное мелькание: то муравьи, то сколопендры; всё это кишит, носится по своим, только им одним, понятным делам. Но ни единого следа животного или птицы.

Что могло так повлиять на фауну этого леса, оставалось загадкой. Возможно, при дальнейшем продвижении мы об этом узнаем, а может быть, и нет. Лично я очень надеялся на то, что нам удастся проскочить. Очень уж не хочется встречаться с тем, что так распугало всё живое вокруг.

Оставаться на ночлег в таком месте тоже не представлялось возможным. При подобном обилии насекомых нас просто сожрут, пока мы будем спать. И ещё неизвестно, насколько всё это окружение ядовито.

– Лема, – позвал я свою девушку.

– Что? – тут же остановилась она и дождалась, пока мы поравняемся.

– Ночевать здесь не будем, – сказал я, – слишком опасно, при таком скоплении насекомых. Скажи людям, что пока не покинем лес, будем продвигаться.

– А с привалами как быть? – тут же задала правильный вопрос она.

– Боюсь, что никак, – покачал я головой. – Наловим клещей или сколопендр и тогда хана. Дальше идти будет уже некому.

– Поняла, – кивнула Лема и прикрыла глаза, сосредоточившись на передаче сообщения всей группе.

Вскоре даже я получил мыслеобраз о том, что приём пищи только на ходу и ночёвка отменяется, пока не покинем опасную территорию.

Я даже нисколько не удивился, что все были согласны с этим приказом, наверняка каждый боец понимал, насколько чревато спать в муравейнике.

Идущие впереди воины собирали паутину корягами, накручивая её на кривые ветки. Когда палка становилась неподъёмной от тяжести налипшего месива, их просто поджигали и продолжали набирать по новой.

Идти старались в ряд по одному, потому как заросли вокруг не особо располагали к прогулкам более широким строем. К тому же всё вокруг просто кишело насекомыми и мне начало казаться, что их стало больше.

Я обернулся назад. Мы оставляли за собой знатный коридор, прорубленный в кустарнике, а отсутствие паутины очень чётко указывало направление нашего движения. Оставалось надеяться, что в это место без особой надобности никто в здравом уме не сунется. Может быть, именно по этой причине здесь отсутствуют животные?

С другой стороны, для любой птичьей популяции здесь пир горой, раздолье и вечно сытое потомство. Даже если лось или заяц побоятся сунуться в такое месиво из насекомых, то пернатым это должно быть по нраву. И удивляет, очень удивляет их полное отсутствие.

Первый враг у птиц – это змеи, но таковых тоже не видно. Что могло послужить такому?

Чем больше я об этом думал, тем сильнее начинал волноваться. Не зря ли мы сунулись сюда? Может быть, стоило пройти вдоль побережья?