Читаем Давние чувства полностью

— Тсс, дорогая. Все будет хорошо, — успокаивала Мэдди. Она стала приглаживать спутанные локоны своей племянницы, пока Лорен продолжала рыдать у нее на плече. — Что бы тебя не расстроило, все будет хорошо.

Лорен подняла голову, зеленые глаза тонули в слезах, лицо покраснело.

— Нет, — грустно прошептала она. — Больше ничего не будет хорошо, тетя Мэдди. На этот раз он навсегда разбил мне сердце.

Мэдди испугалась этого слезного признания.

— Кто, дорогая? Кто разбил тебе сердце? Я даже не знала, что ты с кем-то встречаешься.

Лорен отрицательно покачала головой.

— Я не встречаюсь, — всхлипнула она. — Не сейчас. Это было очень давно. Но он вернулся, и это еще хуже, и я больше не могу, тетя Мэдди. Мне нужно уехать.

— Уехать?! — Мэдди не могла скрыть тревогу в своем голосе. — Уехать куда? О чем ты говоришь?

Слезы скатывались у Лорен по щекам.

— Покинуть Нью-Йорк, — прохрипела она. — Оставить журнал. Оставить его.

— Лорен. — Мэдди стала стирать пальцем слезы племянницы, но на их месте появлялись новые. — Господи, ты прилетела в этой одежде? Послушай, дорогая, почему бы тебе не пойти и не принять душ, надеть свою самую классную пижаму, а потом мы немного поговорим. Я закажу ужин тем временем, принесу нам что-нибудь холодное выпить… без алкоголя. Давай договоримся с тобой сейчас, а?

Лорен довольно громко всхлипнула, но послушно кивнула и поплелась в свою комнату. Мэдди вскочила и начала действовать, мрачно взглянув на текилу, убирая ее и рюмку, и положила большую сумку на стул, а шлепанцы под стул, которые Лорен разбросала по середине гостиной. Она быстро заказала в одном из своих любимых ресторанов довольно высококлассную версию домашней еды — макароны с лобстером и сыром, пиццу с грибами портобелло, салат из груши и горгонзолы, и ассортимент десертов — все, которые любила Лорен. Получив заверения, что заказ доставят в течение получаса, Мэдди отправилась в свою комнату, чтобы принять душ и переодеться.

Когда она вернулась в гостиную несколько минут спустя, она улыбнулась, заметив, что Лорен последовала ее совету. Ее племянница свернулась на диване, беспрерывно тыкая по пульту, просматривая несколько десятков кабельных станций, о которых Мэдди даже не подозревала. Недавно вымытые волосы Лорен превратились в длинные, влажные пряди, спускаясь до половины спины, на ней была, должно быть ее самая любимая пижама — маленькие шорты для сна с принтом трех персонажей из мультфильмов и бледно-голубая майка в полоску, которая явно видела дни получше. Она как всегда была босиком, вытянув свои длинные загорелые ноги вперед. Лорен выглядела намного моложе в этом наряде, как подросток, чем женщина двадцати шести лет, и уязвимость, отражающаяся у нее на лице, была для Мэдди чем-то непривычно новым, раньше она не замечала такого.

— Чувствуешь себя лучше? — спросила Мэдди, наливая им высокий стакан холодного чая. Во время жарких летних месяцев она всегда держала в холодильнике кувшин сладкого чая, привычка, которая у нее появилась уже несколько десятилетий назад и перешла к ней от ее давнего друга по колледжу Жерара Ландро, который вырос в Новом Орлеане.

Лорен пожала плечами, выпивая чай.

— Немного. Не такой грязной и потной, это уж точно. И мне жаль, что ты увидела меня в таком виде, когда пришла. День выдался тяжелым.

— Ты можешь все мне рассказать после ужина, заказ прибудет менее чем через десять минут.

Лорен мятежно покачала головой, как и ожидала Мэдди.

— Забудь, тетя Мэдди. Думаю, у меня просто гормональный сбой или что-то вроде того. Должно быть, перед началом месячных.

Мэдди усмехнулась.

— О, нет, моя дорогая девочка. Тебе это так просто с рук не сойдет. То, что ты сказала, когда я вошла… заслуживает очень подробного объяснения. Я вижу, что тебя что-то беспокоит уже несколько месяцев, и думаю, что ты наконец-то достигла критической точки. Так что, можешь все отрицать, как хочешь, дорогая, но так или иначе, ты все расскажешь свой тетушке еще до того, как закончится сегодняшний день.

Лорен мрачно нахмурилась.

— Ну, это мы еще посмотрим.

Мэдди сжала руку племянницы.

— Время пришло, дорогая. Время выпустить это и с кем-нибудь поговорить. Почти всю свою жизнь, с тех пор как ты была маленькой девочкой, ты обладала огромной силой воли, такой, что не каждый взрослый мужчина может похвастаться, создав вокруг себя своеобразную защитную оболочку тем самым. По какой-то причине ты вбила себе в голову, что всегда должна быть жесткой, никогда не позволять никому увидеть твоих слез или даже задуматься, что ты можешь дать слабину. Но теперь пришло время выйти из этой оболочки и позволить себе выплеснуть эти чувства. Ты для меня как дочь, Лорен, и мне хотелось бы верить, после столького времени, за все эти проведенные вместе годы, что ты доверяешь мне.

Лорен долго смотрела в телевизор, обхватив руками согнутые колен, тупо пялясь перед собой, особо не видя, что показывают на экране, Мэдди же взглянув на экран увидела нечто среднее между боксерским матчем и какими-то странными боевым искусством. Наконец, Лорен подняла голову и посмотрела Мэдди в глаза.