Читаем Дары джиннов полностью

Теперь я смогла убрать нож с горла Халы и приглядеться к мраморным плитам под ногами. Хаотическое смешение красок вблизи разноцветных стен упорядочивалось в центре зала, где красовался огромный солнечный круг, словно отражавший золото купола в вышине. Я шагнула вперёд, отсчитывая пять плит по направлению к помосту, затем шесть направо. Хала молча следовала за мной, тщательно проверяя число шагов. От них зависели наши жизни.

– Да вот же, – показала она. – Что-то медленно ты считаешь, плоховато вас учат посреди песков.

– Как раз в меру, – хмыкнула я. – Четыре пальца плюс большой, и получается кулак. Хочешь испробовать мой?

Мы аккуратно встали на нужную плиту, и я едва успела вновь прижать лезвие ножа к горлу подруги, как боковая дверь за помостом отворилась. Из тайного прохода, напрямую соединявшего молельню с дворцом, появился султан в сопровождении четвёрки грозных абдалов, один из которых тащил за собой плачущую девушку.

Фариха… Увы, не Рима, не Гхада и не Наима – те уже висели бездыханными на стенах дворца. Мы не сумели их спасти, но попробуем хотя бы эту, а заодно, может быть, и десятки будущих возможных жертв, имён которых никогда не узнаем.

– Амани! – Султан приветствовал меня широкой торжествущей улыбкой.

Охваченная ненавистью к его голосу, я всё же невольно выпрямилась, ловя каждое слово.

Сколько его масок я уже перевидала: мудрого судьи, обеспокоенного отца, правителя с грузом проблем целой страны на плечах… но теперь они все были отброшены. Передо мной стоял потомок сотен легендарных воинов, что боролись за власть, получили трон Мираджа и удержали его в кровавых битвах. В его жилах текла кровь Имтияза Благословенного, Мубина Победителя и Фихра Строителя, возродившего Изман из пепла.

Кто я по сравнению с ним? Жалкое джинново отродье из Захолустья в диких песках, высасывающее из пальца дешёвые трюки. Язвительные вопросы звучали у меня в голове всё громче с каждым днём, когда соратники требовали приказов, а я не знала, что сказать. Как могу я противостоять потомку завоевателей, о которых сложили легенды?

– А это кто? – Султан скользнул взглядом по Хале.

Она всё ещё прикрывалась иллюзией Лейлы, но родного отца разве проведёшь? На такое я и не рассчитывала, да и нужды не было. Достаточно обмануть народ.

– Какая разница? – Я уронила нож, оставив притворство, но Хала всё ещё держала личину. – Все видели меня здесь с принцессой, а теперь пускай увидят, как выходит Фариха. Иначе люди Мираджа, чего доброго, решат, что их султан не человек слова.

Кривая улыбка на его лице напоминала о такой же у Жиня, и за это я ненавидела её ещё больше, тем более что невольно ей радовалась и даже втайне ждала похвалы. Мне удалось произвести впечатление своим трюком, и султан понял, что для меня не секрет, с какой целью убивали девушек – чтобы оттолкнуть от нас жителей столицы.

– Можно было поступить куда проще, – начал он, приближаясь, и четверо абдалов шагнули следом, подталкивая пленницу. Я с трудом подавила желание отступить назад: надо стоять на месте, иначе шансов уйти живыми не останется. – Неужели никто не предложил подкинуть мне труп?

Почти отцовские поучающие нотки в его голосе выводили из себя, но тут в разговор вступила Хала:

– А как же, я предлагала – и не раз.

Иллюзия рассеялась, будто сон, и мгновенно сменилась другой. Вместо живой Лейлы рядом со мной, едва касаясь ногами мраморного пола, с потолка свисало её мёртвое тело – в точности как три девушки на стенах дворца. Однако лицо правителя даже не дрогнуло, он вновь смотрел на меня.

– Хороший совет… но ты не послушалась, – кивнул султан, словно подтверждая свою уверенность, что Лейле в моих руках ничего не грозит. – Вот почему вы всегда проигрываете: не можете не строить из себя благородных героев.

– Мы ещё не проиграли! – взорвалась я, ощущая себя крохой, которая упрямо топает ножкой. Он играл со мной, тянул время и едва не заставил выдать наш главный секрет: что принц Ахмед жив. Между тем уже почти рассвело, скоро зазвенят утренние колокола – сигнал для Сэма, чтобы вытащить нас с Халой. Только сперва надо спасти заложницу. – Прошу ещё раз: пусть Фариха уйдёт домой. Это в общих интересах.

Султан молчал, размышляя. Я почти слышала, как уходят мгновения, словно песчинки сыплются в часах. Ещё немного, и мы покинем это место, так ничего и не добившись.

Наконец он неохотно кивнул, отдавая дань моей уловке, и скомандовал абдалу:

– Отпусти её.

Бронзовые пальцы послушно разжались, и Фариха оказалась на свободе. Тараща от ужаса глаза, она кинулась к выходу.

Я старалась пристально следить за султаном, но не выдержала и чуть отвела взгляд, чтобы убедиться в безопасности девушки. В тот же миг раздался металлический щелчок, будто от передёрнутого затвора.

Небольшой шар, чуть больше детского мячика, уже катился к нам, оживая на ходу с тошнотворным механическим жужжанием – очередное изобретение принцессы Лейлы.