Читаем Дар неба (СИ) полностью

Он помнил этого своего ученика сердитым, вечно недовольным мальчишкой, который не боялся рискнуть собой ради братьев. Он помнил его крепко стоящим на ногах со сжатыми кулаками, которыми, даже в самой тяжелой жизненной ситуации, Рафаэль вытирал нос и никогда не опускал взгляд ни перед кем.

Это не изменилось.

Зеленые раскосые глаза пристально прошарили всю комнату, скользнув по Учителю, как по пустому месту, и уперлись в Донателло.

Высокий, странно медлительный, Рафаэль показался Сплинтеру сейчас воплощением всадника Апокалипсиса, если бы тот решил явиться на землю в таком странном образе. Несмотря на панцирь, он стоял прямо, растягивая в ледяной улыбке уголки хищно изогнутых губ. В отличие от Леонардо, прожитые годы не согнули его, скорее наоборот, заставили высоко держать голову и надменно вздернуть подбородок.

- Я принес тебе книгу. Смотри, это «Король Лир». И твои любимые оливки с жареным сыром.

Неуловимо быстро наклонившись, Рафаэль схватил с пола цепь и рванул ее к себе, опрокинув Донателло прямо к своим ногам.

Сел рядом и сунул ему в руки большой красивый том.

- Ты рад?

Его хриплый надтреснутый голос на секунду окрасился каким-то странным тоскливым ожиданием, а глаза стали блестяще-внимательными, всматриваясь в лицо брата.

Рафаэль явно ждал какого-то ему одному известного ответа.

Сплинтеру стало дурно. Но, как в кошмарном сне, он не смог отвести взгляд или просто уйти. Его словно парализовало на месте.

- Да, конечно, -Донателло дрожащими руками прижал к себе книгу, откинул голову Рафаэлю на бедро и закрыл глаза. – Спасибо, бро.

Рафаэль долго молчал, хмуро рассматривая что-то перед собой, потом погладил его по затылку, ласково почесывая, и сжал в кулаке хвосты лиловой маски.

- Он опять приходил, да? – тихим-тихим шелестом сорвалось с его губ. – Замок не взломан… как? Зачем, Донни? Что ему надо от нас с тобой?

Донателло попробовал отстраниться, но Рафаэль дернул его еще ближе к себе, хищно уставившись в глаза.

Молчание зазвенело в воздухе, готовое полыхнуть искрами или всепожирающим огнем.

Рафаэль долго-долго всматривался в чайную радужку, а потом растянул губы в ледяной усмешке-оскале.

- Я знаю, – едва слышимо прошипел он и бережно погладил ошейник с исцарапанным замком. – Ты хочешь уйти с ним, да? Хочешь же? Так не поступают, брат. Ты же сказал, что мы с тобой навсегда вместе, помнишь? А теперь хочешь оставить меня ради этой падали? Донни, он же бросил нас с тобой. Он же обещал и не вернулся.

- Раф, – Донателло мотнул головой, стараясь разорвать зрительный контакт. – А если он не смог тогда? Если случилось что-то…

- Т-шш, – Рафаэлевы пальцы легли Донателло на губы, заставив умолкнуть. – Не важно. Он обещал нам с тобой. Обещал и не сделал. Помнишь, как выживали, а, пока я слепым шарился по стенкам? Как жрать нам нечего было, и даже воду пили протухшую из стока? Помнишь, как не на чем было спать… А его не было, Донни. Были только ты и я. И теперь будем. Зачем он пришел?

- Он наш брат, Раф, – Донни все же смог чуть отстраниться и сесть. – Он любит нас. Ему тоже пришлось несладко, поверь мне…

- Откуда ты знаешь? – Рафаэль схватил Донателло за ошейник и дернул ближе к себе, упершись носом ему в лоб, словно хотел учуять его мысли. – Я прав, да? Он приходил. Он хочет тебя забрать… Но я не позволю.

Тихий шипящий смех заставил шерсть на загривке Сплинтера встать дыбом.

- Рафаэль, опомнись!

Но его никто не услышал.

Донателло закрыл глаза, почувствовав, как пальцы Рафаэля сжались у него на шее.

- Я никогда не уйду от тебя, ты же знаешь.

- Знаю, родной мой, знаю, – Рафаэль недобро усмехнулся, вытащив из ножен, висевших на предплечье, короткий кривой нож. – Очень хорошо знаю. Но мысли твои говорят мне обратное…

- Раф, пожалуйста, не надо. Ты же не хочешь этого…

«Леонардо, вернись, сынок. Твой брат может сделать что-то ужасное!»

Сплинтер ощутил, что его словно вышвырнуло из подземной библиотеки, хотя он прыгнул вперед, надеясь удержать руку Рафаэля с длинным тусклым лезвием.

- Лео, – услышал он короткий сдавленный крик. – Лео, пожалуйста!..

И окунулся в холодную черную муть вязкой дурноты.

Майки никогда не думал, что бывает так страшно и так тяжело одновременно.

Страх гнал его к алтарику, за которым, как он однажды узнал, есть крошечная каморка, куда Мастер убирал оружие.

Любопытный и неуемный Майки подсмотрел за ним и один раз залез туда, чтобы рассмотреть красивые клинки.

Кто же знал, что это пригодится ему в жизни.

Страх гнал, а тяжелое тело крепко спавшего Мастера выскальзывало из пальцев, пока он, надрывая все силы, тащил его к этой самой каморке.

Страх хотел, чтобы он убежал и спрятался сам.

Что-то внутри заставляло упрямо тащить Мастера за собой.

- Тут нет никого! – раздался голос в коридоре. – Проверь кухню и боковые комнаты, потом двинемся дальше.

Враз покрывшись холодным потом, Майки отчаянно рванул Мастера за собой, еле вкатил его в каморку, уронив свечи и фотографии с полок, и захлопнул за ними стенную панель, больно прищемив пальцы на ногах.

Скрип двери заставил Сплинтера вскинуть голову, открывая глаза.