Мне стало ее безумно жалко, потому что я понимала, на что можно пойти ради любимого человека. И, тем не менее, безумно страшно за то, что ей придется отвечать по счетам. Пусть лучше она не услышит того потока грязи, который инкуб сейчас может ей рассказать.

— Почему? — спросил он, ловко бросая мне красную розу, которую я поймала левой рукой. Без магического фона, пронесло. — Разве не…

Олег зашипел, пытаясь бросить вперед, но я остановила его властным жестом, как бы между делом обрывая с помощью магии у цветка стебелек и заправляя ее себе с нагрудный карман.

— Ты убил мою мать, неужели я могу быть с тобой? Даже по расчету.

— Ну, простите, — издеваясь сказал он, — она была хорошей женщиной, если так угодно, ее мне было даже жаль. Но твои брат и сестры сжили бы меня со свету, доберись они до власти, я защищался.

— Глупый, — бросила я надменно. — Она ради тебя собиралась наплевать на все законы и сделать меня наследницей, выдав за тебя замуж.

— Ложь! — немедленно отреагировал он, бледнея на глазах. Его руки начали мелко подрагивать, а спина ссутулилась.

— Да, ну? — изогнула я рот в кривой усмешке. — Об этом известно всему Лайори. И для моей бабушки это тоже не стало новостью.

Я пользовалась тем, что никто не мог опровергнуть мои слова сейчас. Я крыла козырями, потому что игра пошла по-крупному. И скоро я собиралась достать туз выигрышной масти, потому что это была последняя карта в моей колоде. Надо заканчивать.

Он уже бесился, дрожал от осознания того, что очень многое ставил на кон, а все оказалась бесполезным. Просто доверившись, он мог получить намного больше. Как глупо. Он просто полез в пекло ради наживы, которая должна была стать его. И в пекле и остался.

— Я предлагаю сейчас решить все нашим боем. Другие тут не причем, они просто присоединятся к победителю. По сути, им нет большой разницы.

Он нервно облизнул пересохшие губы и кивнул, стараясь не показывать своего волнения за наигранной самоуверенностью.

— Я согласен, — кивнул он. — Глупо с твоей стороны отказываться от моего предложения, ты мне не соперник.

— Я очень удивлюсь, если тебе удастся окрасить розу на моей груди снова в красный цвет, — усмехнулась я.

— Как в красный? — он в смятенье смотрел на цветок, неожиданно ставший кремово-белым. Я в это время я громогласно объявила:

— Жители середины миров! Прекратите сраженье. Это только наш вопрос, и сейчас мы решим его. По единогласному договору, победитель нашей схватки признается законным правителем и ему подчиняются все!

— Ты с ума сошла? — уточнил у меня Олег, не понимая, зачем я поднимаю ставки так высоко.

— Все в порядке. Я выиграю. Позаботься об Астрид. Я не хочу, чтобы с ней что-то случилось, — попросила я, стараясь совладать с дрожью. Но сила давила изнутри, заставляя трястись.

— Откуда такая самоуверенность? — Деянир постарался говорить спокойно и даже надменно, и это раздражало. — И зачем эти глупые фокусы с розой?

— Это не фокус, — я посмотрела в его глаза, давая понять, что я не такая легкая добыча, как ему могло показать в прошлый раз, — это лишнее доказательство того, что сердце правителей середины миров белого цвета.

XXX

Я положила руку на сердце, цепляя розу между пальцев. Мое тело как будто бы сводило судорогами, хотя и настолько мимолетными, что они казались миражами. Стебель окреп, давая знак, что все готово. Я, глубоко вдохнув, обхватила его рукой и на несколько секунд замерла.

В воздухе уже витал запах бури, ветер усилился, серые безжизненные облака накрылись темными клочьями грозной стихии, эпицентром которой стала я. Повторяя про себя бессмысленные выражения, я звала к себе грозу, пытаясь пропитаться ее яростью насквозь. Когда за моей спиной грянул первый раскат грома, заставивший жителей заволноваться, я резким движение вытащила из своего сердца меч, казавшийся мне невесомым. Кристально-белый, искрящийся, прозрачный он выглядел совершенным и полностью сливался с моей рукой, словно ее продолжение. Он был гордым, он был смелым и яростным, не знавшим поражений и не прощавшим обид. Он притягивал на себя всю силу грозы, одновременно разбрасывая энергию в во все стороны. Рукав красной атласной рубашки разорвало в клочья еще тогда, когда я просто явила оружие на свет. Приветствую тебя, Меч молнии! Я, преклоняя пред тобой колени, прошу твоего покровительства.

Деянир отступил назад, забывая, что мы находимся на крыше. Ошарашено качая головой, он уже не мог собрать свое самообладание в кулак. Вытащил из воздуха свой меч, который по неосторожности не взял с собой сразу, приготовил в другой руке заклинание. Среди народа прокатился ропот, но уже не тот, который утверждал, что я самозванка, а раболепный, смиренный, с восхищением шептавший на разные лады оно слово: «Королева». Наверное, я тоже должна бояться той силы, которая окружала меня, создавая внутри тела живой эпицентр бури. Только мне не до этого.

— Я не сдамся! — крикнул Деянир, пытаясь успокоиться. — Я докажу всем, что это просто-напросто трюк!