Читаем Дар Андромеды полностью

— Что послание из туманности Андромеды и все, что из него вытекает, было злом. — Он намеренно заставил себя говорить спокойно и тихо. — Это послание высшего разума, который подчинил бы нас себе и, в случае необходимости, уничтожил бы нас.

— И потому, что ты так подумал, ты уничтожил компьютер.

Тон министра был мрачным, хотя по его интонации можно было предположить, что он скорее задает вопрос, чем делает заявление. — И все же вы, кажется, готовы на все, чтобы защитить девушку, которая это сделала. Ваше утверждение, несомненно, вовлекает ее в ваше осуждение.

— Девушка — ничто без компьютера. Воля, память, знания — все это было в машине. Вы можете видеть, что ей чего-то не хватает теперь, когда компьютера больше не существует — слава Богу. Чего-то не хватает в ее характере. Спроси Джирса, он знает, какой она была…

Министр проигнорировал приглашение. У него не было намерения вмешиваться в этические вопросы, когда он считал, что проблема гораздо проще.

— Я говорю вам, доктор Флеминг, что вы уничтожили компьютер и похитили девушку, потому что она могла рассказать нам, что произошло.

— Я взял ее, потому что она нуждалась в защите от окружающих ее людей. Флеминг посмотрел на Джирса.

Министр взял лист бумаги, вложенный в объемистую папку, лежащую перед ним. — Возможно, вы не откажетесь прокомментировать тот факт, что помощник мистера Осборна, человек, который, как предполагалось, сопровождал его в Торнесс в ночь пожара, признался на допросе сегодня вечером, что он туда не ездил.

— Вам придется спросить Осборна, кого он забрал, не так ли? — сказал Флеминг.

— Мы так и сделаем, — сердито бросил министр. — Тем временем, доктор Флеминг, вы должны считать, что находитесь под наблюдением. Чтобы избежать необходимости официального ареста и предъявления обвинения на Боу-стрит, со всеми неприятными сенсациями, затрагивающими как нас, так и вас и девушку, я надеюсь, что вы будете разумно сотрудничать. Я не могу заставить вас быть нашим гостем без платы. Но мы можем организовать очень приятное проживание.

— Значит, Великая хартия вольностей все еще действует? — саркастически спросил Флеминг.

— Если я буду настаивать на аресте, на каком основании вы могли бы выдвинуть обвинение?

— Правила защиты, — пробормотал адвокат. — Соответствующие акты были бы…

— Избавьте меня от подробностей, — перебил Флеминг. — Я приду тихо. И где находится этот… э-э… отель для незваных гостей правительства?

— Не слишком далеко, — неопределенно ответил министр. — Это пойдет тебе на пользу, или, по крайней мере, девушке пойдет на пользу. Поглядите спокойно на достопримечательности, за осмотр которых по воскресеньям платят 2 шиллинга 6 пенсов. Боюсь, я не могу быть более конкретным, чем это. Армия использует часть его с 1942 года. Я думаю, было бы лучше, если бы вы отправились туда прямо сейчас и оба хорошенько выспались. Утром вы можете увидеть вещи более отчетливо, даже разумно.

Поездка на машине заняла пару часов. Даже Флеминг не мог найти никаких недостатков в размещении или обслуживании.

Кто-то, привыкший к такого рода вещам, позаботился обо всех удобствах — напитки, чистая одежда, книги, ванны, все.

Андре был так же щедро обеспечен. Флеминг, однако, был не в восторге от солидных на вид служанок, которые вертелись вокруг. Их белые комбинезоны не скрывали их обычных причесок, нейлоновых чулок цвета хаки и прочных черных ботинок. Флеминг никогда не одобрял женщин на военной службе.

Но он находил забавной неуклюжесть 6-футового официанта, который подавал им превосходный ужин. В полицейском было что-то такое, что невозможно было скрыть, даже когда он был сотрудником Специального отдела.

В противном случае в последующие дни они были предоставлены сами себе. Они могли сколько угодно гулять по обширному парку. Флеминг заметил, что Андре, казалось, становилась все более рассеянной и что она довольно часто спотыкалась даже на гладкой траве. Он также отметил, что забор из звеньев цепи был обычного правительственного типа, точно таким же, как этот круглый Торнесс. Старая сторожка у входа на главную дорогу была преобразована в караульное помещение.

У охранника была автоматическая винтовка.

Однажды днем Андре увезли. Приехал Джирс и хотел поговорить с ней. Она провела много часов следующего дня с ученым. Он хорошо выполнял свою работу. Андре вышла задумчивая, хотя все еще на удивление невозмутимая. Она сказала Флемингу, что согласна с тем, что все, что сказал Джирс, было правдой, но это было похоже на описание жизни какого-то другого человека. Это не вызвало сильных откликов в ее собственной памяти, хотя она поняла, что была причастна к уничтожению компьютера.

— Что они с нами сделают? — спросила она, когда они сидели в гостиной, лениво наблюдая за какой-то глупостью по телевизору поздно вечером.