Читаем Дальневосточный штиль полностью

Магические знания по праву можно было отнести к основным средствам производства, ибо владеющий ими всегда мог найти способ заработать при помощи своих способностей. Потому и ценились подобные фолианты дороже золота, а в открытом доступе лежали лишь книги, содержащие общеизвестные и элементарные сведения, до которых своими силами мог бы докопаться любой упорный естествоиспытатель. В государственных библиотеках уровень доступа зависел от звания пришедшего в них человека. Это в удаленном гарнизоне, где ничего нет и не было, книгами мог заведовать отчисленный из института студент-недоучка. А подвалы какого-нибудь университета или иного научного учреждения защищались ничуть не менее надежно, чем забитые золотом и ценными бумагами банковские сейфы. С частными хранилищами дела тоже обстояли непросто. За доступ к большей части накопленных родом знаний аристократы, как правило, требовали пожизненную клятву верности. Но лучшее они оставляли все равно исключительно для себя, а за попытки чужаков сунуть нос в свои секреты — убивали на месте.

Олег смог вывезти из захваченного замка немало книг, чьи владельцы либо пали в битве, либо сидели вместе с остальными пленными и не могли защитить свои комнаты от вторжения непрошеных гостей. Разумеется, он обносил не покои высших офицеров — те грабили куда более высокопоставленные персоны. Нет, его целью стали сундуки учеников и учениц европейских чародеев, где хранились конспекты для начинающих. Что бы он стал делать с каким-нибудь заклятием огненного дождя, даже если бы сумел раздобыть полную методичку по его созданию? Сил боевого мага второго ранга не хватило бы и на пять процентов мощности, требуемой чарами стратегических масштабов. Большая часть прихваченных в послебоевой суматохе книг оказалась откровенным мусором либо не слишком отличалась от отечественных аналогов. Однако имелись там и несколько крайне ценных и любопытных фолиантов.

Гримуар демонолога, который Олег сжег без малейших душевных колебаний, ибо по сути тот представлял из себя прейскурант, в котором порождения нижних планов указывали цены в душах и жертвах за предоставляемые ими услуги. Продвинутый курс по началам пиромантии, что был переведен на русский язык практически полностью, благо ничего совсем уж зубодробительного там не нашлось. Да и знатоков польского языка и польской магии в оккупированной Польше более чем хватало. Целая куча конспектов по химерологии, также по большей части сдавшихся напору любознательного чародея. Исцеление живых существ и изменение живых существ ожидаемо имели много общего, а потому Олег мог хоть сейчас сделать из обычной собаки ядовитого монстра размером с пони. Жаль только ручных тварей содержать ему было негде, кормить нечем, да и возиться с каждым конкретным экземпляром пришлось бы на протяжении как минимум недели без отрыва от подопытного, поскольку начавший мутировать живой организм нельзя было оставлять без присмотра.

Но самой ценной своей добычей боевой маг второго ранга считал руководство по созданию и эксплуатации посохов, палочек и жезлов, для которого, собственно, и нужен был специализированный словарь. Без него разобрать в книге получалось в лучшем случае половину формул, три четверти пояснений к ним и все до единой цифры. Вот только даже этого хватало, чтобы понять: основой артефактов должны были служить волшебные породы деревьев и части тел магических созданий. Как раз то, чего в Сибири было ну просто завались. А зачарованные предметы спросом пользовались устойчивым, причем везде, где жили люди, ибо именно на них базировалась большая часть бытовых удобств и высоких технологий этого мира.

«Может, попробовать сделать какой-нибудь эрзац посоха по тем схемам, которые с грехом пополам удалось разобрать? Из материалов, которые вообще ничего не стоят… — задумчиво спросил сам у себя Олег, шагая к выходу из библиотеки. — Жала тех же мранов сейчас настолько не дефицит, что их на склад снесли только для порядка. Вдруг найдется идиот, который купит их раньше, чем они сгниют. Вместо выросшего в месте силы дерева обычную палку использую. Не будет работать совсем — следовательно, допущена грубая ошибка. Загорится или взорвется — значит, в принципе все сделано правильно, но над некоторыми недочетами можно поработать. Устойчиво станет выдавать хотя бы минимальную эффективность — я чертов гений артефакторики, а получившуюся батарейку для очень неопытного мага можно будет хоть тем же контрабандистам загнать…»