Читаем Дальневосточный штиль полностью

Древень действительно был могуч. Толстенный ствол, напоминающий хорошую бочку, да вдвое увеличивающие его объем ветки. Когтей на многочисленных отростках не имелось, но и без них эти лапы оставались весьма опасны. При внезапном нападении из засады оплести ими сразу пяток жертв и тем лишить их подвижности монстр бы сумел, пусть даже ценой полной потери хода. А дальше путь у пойманной добычи был только один. В дупло, внутри которого множество зубов-терок соскабливали с еды всю доступную плоть и ломали кости. Твердые части добычи желудок твари осилить не мог, потому она их и выплевывала наружу. А все остальное переваривалось без следа.

— А оно, вот такое, разве икрой размножается?! — поразился Идрис, неверяще тыча пальцем в растительного монстра. — Не рыба же вообще. И даже не лягушка!

— Сам удивился, когда узнал, — пожал плечами Олег, наталкивавшийся в бестиариях и на куда более причудливые выверты матушки-природы, появившиеся на свет не иначе как в результате соития могущественной магии с больным человеческим разумом. — Да, кстати, кто надеется с его туши какие-нибудь трофеи взять — забудьте! Абсолютно бесполезная тварь в плане ценных магических ингредиентов, мясо у нее по вкусу хуже гнилых опилок, и даже на дрова она не годится. Разве только чучело набить… Ну да кого в этих краях удивишь подобным?

Сожжение древня, вышедшего из спячки посреди костра и вяло пытавшегося куда-то уползти, прошло без особенных эксцессов. Разве что весь десяток угостили пивом проезжавшие мимо по каким-то своим делам путешественники, впечатлившиеся габаритами еще слабо ворочающегося в пламени монстра. Армию в сибирских краях уважали, да и как могло быть иначе, когда именно она в час нужды приходила на выручку и спасала людей? Это в более цивилизованных землях, где обыватель мог прожить всю жизнь, так ни разу и не столкнувшись с желающей им отобедать тварью, к солдатам могло развиться презрительное отношение. А суровый фронтир быстро все расставлял по своим местам. Во время обратной дороги к крепости Олег старательно размышлял над все теми же вопросами: что же такое магическая сила и как бы ее у себя увеличить?

«Версия, будто волшебство есть всего лишь какая-то особая энергия, насыщающая собой все сущее, считается в местной литературе основной. Но она же не выдерживает никакой критики. Я еще могу допустить, чтобы с подобным явлением благодаря эволюции научились взаимодействовать живые организмы. Но! Есть такие штуки: магические металлы и магические самоцветы, — размышлял он, механически переставляя ноги. — Некоторые материалы, никогда не бывшие живыми, обладают вполне себе волшебными свойствами. Причем без малейшего влияния на себя людей — кто бы смог удаленно воздействовать на рудную залежь, которая находится на глубине сотен метров? И это именно необработанные породы, а не остатки каких-нибудь высокотехнологичных древних сооружений, которые ныне потомки переплавляют на мечи и орала, не разобравшись в истинной природе используемых материалов…»

Выстрел, прозвучавший у него над самым ухом, едва не довел целителя до рукоприкладства. Первый Петр обнаружил в кустах у дороги серую волчью морду и недолго думая попытался подстрелить зверя. Переполошил всех своих сослуживцев, впустую потратил пулю и порох, а также едва не был бит, однако в своем поступке так и не раскаялся. Для крестьян, которыми все еще ощущали себя новобранцы, серые хищники являлись если и не врагом номер один, то в первую пятерку входили точно. Они резали скот, крали детей, да и взрослый, повстречавшись с выбравшейся из леса стаей хоть прямо у порога дома, рисковал стать их обедом. И потому при первой же возможности люди стремились избавиться от мешающего им зверья, абсолютно не интересуясь тем, какое они при этом воздействие оказывают на экологические цепочки. Да если бы и интересовались — не остановились. Своя шкура любому была как-то ближе, чем рост популяции больных оленей или широкое распространение тугоухости среди зайцев, мешающей услышать крадущегося волка.

«…Если не энергия, то материя, ибо других вариантов я просто не знаю. Хотя что есть материя, а что энергия — очень сложно сказать. Все состоит из атомов, а они лишь набор протонов и электронов, между которыми — пустота. Или то, что мне кажется пустотой. К примеру, Анжела уверена, будто астрал есть часть нашего измерения, которую мы не воспринимаем, — вернулся к прежнему направлению мыслей Олег. — И, вполне возможно, она права. Во всяком случае, именно об этом говорит тот факт, что есть обратная связь между процессами, происходящими там, и реальным миром. Да на этом принципе многие ритуалы ее школы основаны, когда связистки при помощи проведенных заранее манипуляций со своим окружением создают для себя более-менее комфортную среду в астрале».