Читаем Дальневосточный штиль полностью

Прибытие большого количества священнослужителей, готовящих умирающих к переходу в мир иной, утешающих их родственников, борющихся с болезнью и способных при надобности вразумить паникера хорошо поставленным ударом боевого кадила, слегка снизило напряженность в городе. Олегу пока сталкиваться с беспорядками не доводилось, на выделенной ему территории народ проживал относительно законопослушный, но вот в бедняцкой части города время от времени находили свежие трупы скончавшихся от переизбытка в организме горячего свинца или холодной стали, а один раз там вообще даже случился небольшой пожар. Впрочем, огонь с высоты заметил патрулирующий окрестности Стяжинска архимагистр, и пламя потухло чуть ли не быстрее, чем разгоралось. Увы, просто приказать эпидемии прекратиться древний волхв при всем своем могуществе не мог — специальность у него была немного не та; зато Савва в свободное время поднимал на ноги по одному тяжелобольному в час. После его работы возбудителей опасного заболевания в организмах людей уже не оставалось.

Правда, простым горожанам заполучить помощь такого специалиста не светило: ее удостаивались лишь ссыльные дворяне, некоторые чиновники да купцы. Увы, даже так его не хватало на всех, а за место в очереди на прием к сильнейшему магу округи среди верхушки местного высшего общества разворачивались интриги, по накалу страстей мало уступающие борьбе за престол какого-нибудь мелкого княжества. Во всяком случае, одну отравительницу, пытавшуюся продвинуться вперед самыми радикальными методами, на главной городской площади казнили публично. Олег, узнав об этом, только и мог, что начать ругаться. Такой рассадник и без того со страшной скоростью заражающего людей грибка, может, и служил хорошим наглядным доказательством необходимости соблюдения законов, но вот число заболевших явно увеличивал со страшной скоростью.

С трудом выкроивший несколько часов между обходами пациентов и начавший было засыпать на лавке в одном из домов, Олег внезапно вздрогнул, когда его интуиция подала сигнал о приближающейся опасности. Напрягшийся чародей весь превратился в слух, пытаясь понять, кто или что может ему угрожать. Хозяева жилища, пустившие целителя на постой за внеочередной осмотр, совмещенный с ограниченно эффективными попытками лечения, вроде бы посапывали в своей спальне. Никого постороннего в доме чародей, усиливший свои органы чувств, заметить не смог. Зрение простое и зрение магическое доказывали своему обладателю, что в комнате кроме него больше никого нет. А между тем чувство тревоги достигло максимума… И голой пятки, с которой оказались сняты и сапог, и носок, что-то едва заметно коснулось. Хотя Олег уж точно не шевелился, и рядом с единственной его ногой не имелось какого-нибудь мусора, который можно случайно задеть. Так могли бы чувствоваться усы кота, осторожно изучающего нового человека на своей территории, да только домашних любимцев в этом здании почему-то не было!

Подпрыгнув едва ли не до потолка, боевой маг обрушил вниз огненный удар, однако пламя лишь впустую обуглило застеленные одеялом доски и испортило постельное белье. Никакого подпаленного вредителя-диверсанта, пусть даже размером с таракана, там не обнаружилось. А то место на пятке, которого что-то коснулось, выглядело абсолютно целым. На нем не удалось обнаружить ни ран, ни проколов, ни даже царапин. Но целитель все равно бестрепетно срезал не меньше полусантиметра плоти на подозрительном участке ступни. Интуиция подсказывала боевому магу, что несколько секунд назад его пытались инфицировать. Спящий человек, которым он наверняка выглядел со стороны, столь слабого воздействия просто не почувствовал бы. Да и бодрствующий запросто мог не заметить, если бы не находился на взводе. Подумаешь, зачесалось где-то слегка… Да такие случаи на дню по сотне раз бывают. А много ли надо неведомому переносчику вируса, чтобы внедрить маленькую колонию клеток лишайника в эпидермис жертвы? Дальше же модифицированный грибок-паразит вполне способен распространиться самостоятельно.

«Это что-то маленькое, раз люди его не замечают. Не мышь, та бы без остатка не сгорела. — Олег внимательно изучил свою постель, игнорируя хозяев дома, мгновенно проснувшихся от запаха гари и примчавшихся разбираться, что случилось. — Таракан? Кто там будет разбираться, обычный он или не совсем… Тех же мух несколько веков после Аристотеля восьминогими считали, ленясь рассмотреть поближе.[18]Хм, а почему я решил, что оно непременно бегает? Может, как раз наоборот — летает! Так перемещаться между домами по улицам, полным снега и воды, ему даже проще будет».