Читаем Далеко за лесом полностью

Листья над головой, прежде черные, теперь отливали золотом. Изгибались, скрещиваясь, причудливые ветви, кое-где торчали сучки. А сквозь просветы были видны кусочки неба, но не голубого, а серого, мутного, как перед рассветом. Под ногами топорщились корни деревьев. Майя шагала все быстрее, стараясь не споткнуться.

Она была близка к панике, страшно хотелось побежать. И эта странная тишина. В какой-то момент показалось, что уши закрыты ватой. «Дыши, дыши!» – твердила она себе. Наконец впереди забрезжил свет. Скорее, скорее. Она рванулась вперед, лес словно не хотел отпускать, но вот уже и… Впереди лежала пыльная проселочная дорога. С одной стороны лес, с другой – поля. Впереди что-то виднеется, вроде бы арка. Значит, нужно идти туда. Это действительно оказалось утро. Серенькое и не особо светлое, но утро. Еще пара шагов, и стало ясно: что-то не так. Ноги как-то странно путались.

Быстро идти мешал подол длинного платья. На всякий случай пришлось сойти с дороги. Не будешь ведь на виду у каждого встречного, хоть их и нет, рассматривать рукава и задирать ноги, изучая каблуки.

В общем, дело обстояло так. На ней было просто роскошное платье глубокого темно-зеленого цвета из какой-то мягкой плотной ткани. Рукава вверху пышные, ниже локтя облегают руку, застегиваясь на множество мелких пуговок – вот работа каждое утро! А талия! Похоже, это корсет. Майя ощупывала себя и удивлялась как никогда: «Я просто тростинка!» Но ощущение, честно говоря, было не очень – как-то тесновато. Может, удастся немного расслабить шнурки или что там еще. Но вообще… Такое впечатление, что талию можно обхватить пальцами. Нет, немного не получается, но все-таки…

Сверху это великолепие частично прикрывал плащ, тоже зеленый, но на оттенок темнее. Понятно, в традициях одежды для рыжих. Ага, есть капюшон, это здорово. Хотелось как-то спрятаться, и она накинула его. На ногах что-то вроде невысоких кожаных сапожек, мягких и удобных, на плоском каблуке.

Так, и последнее. На запястье висит какой-то мешочек, похоже дорожная сумочка. Что там? О, спасибо! Значит, так: вышитый носовой платочек, гребешок, зеркало (да, спасибо еще раз, страшно хочется себя увидеть!) и… кошелек. Вот это главный сюрприз – денежки. Штук десять золотых монет и россыпь каких-то мелких, наверное медных.

Майя быстро вынула зеркальце – маленькое, ручное. Мамочки, какая прическа! Рассмотреть сзади было невозможно, но, похоже, волосы были уложены замысловатыми локонами и все это дело скреплялось шпильками. Спереди прическа была гладкой, открывающей лоб. Эх, сюда бы камеру! Или Полину с телефоном и ее комментариями. Но вот интересно, как долго продержится эта красота? Да, с короткой стрижкой было проще.

– Барышня, вас подвезти? Что это вы стоите у обочины, растерялись как будто?

И правда, барышня растерялась. Незнакомый дядька на повозке. Это же все равно что сесть в машину к незнакомцу, нет? В общем, Майя забормотала что-то вроде:

– Спасибо, не надо. Я дойду сама, погода хорошая.

Тот хмыкнул: «Ну, глядите!» – и хлестнул лошадь.

Идти было недалеко. Вскоре показалась арка городских ворот…

Город ее очаровал. Одноэтажные домики, увитые плющом или виноградом, с яркими черепичными крышами. Вымощенная булыжником центральная улица, по которой цокали копыта лошадей («Поберегитесь, барышня, не то зашибу!»). Цветочница, выставляющая на улицу свой товар. Парикмахерская («Цирюльник»), около которой работал кудрявый мальчишка-зазывала, предлагая стричься-бриться.

«Закусочная Марты» нашлась точно там, где говорила Ариана. За кондитерской, чуть правее и дальше по улице. Это было солидное двухэтажное здание. Островерхая крыша из коричневой черепицы. Над массивной деревянной дверью вывеска с витиеватыми буквами. Чуть выше табличка «Сдаются комнаты». «Комнаты – это хорошо, но, надеюсь, мне не понадобится комната» – примерно так начала рассуждать Майя, потянув на себя медное кольцо на тяжелой двери.

Начала – потому что додумать мысль ей не удалось. Из-за двери немедленно выскользнуло нечто, вырвавшееся на свободу с бешеной скоростью и больно стукнувшее нежданную гостью по коленке.

– Ой! – Майя сдержалась, чтоб не ляпнуть чего погрубее.

– О-о-ой… – отозвалось «нечто», оказавшееся малявкой лет шести-семи в красной накидке с пелеринкой и в такой же красной шляпке. Подняв на Майю большие прозрачно-серые глаза, она потихоньку сделала шаг в сторону, потом другой. – Я неча-а-а-янно… Извините…

Следом вышел высокий парень чуть постарше самой Майи, на ходу застегивая синюю куртку. Быстро оценив ситуацию, он строго спросил:

– Что случилось, Тина?

Девчушка, кажется, собиралась заплакать. Из-за ее спины показалась ручонка с тряпичной сумкой.

– Я просто вышла…

– Ясно, вышла. – Он усмехнулся. – Она вас ушибла?

Он был симпатичный: светловолосый, с такими же, как у девочки, светло-серыми большими глазами. Немного резкие крупные черты лица. Таких фотографируют для глянцевых обложек, но он, похоже, не считал себя красавчиком. Разговаривал просто и естественно, никакого кокетства.

Майя поспешно ответила: