Священник тоже принял участие в кампании Сары, и в этом не было ничего удивительного. Ему хорошо было известно, что это такое — когда на тебя смотрят свысока и когда с тобой обращаются презрительно. Он сам долгое время был «Беднягой Уиллом Кристофером», хотя к алкоголю и не притрагивался. Он был из семьи священников. Его отец был священником, и дедушка был священником, и прадедушка, и его дяди. Даже одна тетя пожелала быть священником, что вызвало большой скандал. Она настаивала, что запрет нарушает ее гражданские права. Отец Уилла был успешным и харизматичным проповедником. Он всегда хотел, чтобы Уилл пошел по его стопам. И религиозные обязанности никак не мешали отцу совращать юных девушек. «Сын проповедника» был любимой песней отца Уильяма. Сам Уильям часто видел тоску по тем временам в глазах прихожанок средних лет на проповедях в церкви. Они смотрели на него так, словно вспоминали прекрасные моменты юности и ждали, что в Уильяме взыграют гены и он начнет строить глазки если не им, то хотя бы их дочерям. Но Уильям не мог оправдать их ожиданий и видел на лицах разочарование. Странно, что они могли желать своим дочерям того же, что было у них в юности. Большинство ровесников Уильяма уехали из Броукенвила в большие города в надежде победить экономический кризис. Уильям остался. Теперь он был единственным священником в Броукенвиле. Ему одному приходилось заботиться обо всех христианах города. Баптисты, методисты и пресвитерианцы обращались к нему за советом, когда им было лень ехать в свою церковь в крупный город. Обычно католики посещали церковь в Хоупе. Однажды Уиллу даже пришлось проводить Бар Мицву для одной еврейской семьи, что едва ли увенчалось успехом. Обращался к нему и пожилой человек, утверждавший, что он друид. Какое-то время Уильям наставлял его, как поклоняться деревьям. Слава богу, поклонник деревьев давно ушел в мир иной. Уильям считал, что одни люди рождаются для того, чтобы вести (например, его отец), а другие — чтобы быть ведомыми. Лидеры всегда первыми бросаются в атаку. Ведомые же раздражают их своими постоянными замечаниями. Им предназначается всегда волочиться в хвосте. Они отставали в самом начале жизни и уже никогда не могли нагнать остальных. Так было во всех городах. Одни руководили, другие давали собой руководить. Одни были впереди, другие позади. Уильям с этим смирился. Но то, как Сара изменилась, все равно поражало. Когда она приехала в Броукенвил, она была молчаливой и застенчивой серой мышкой. Почти копией самого Уильяма. Но теперь она была похожа на женщину с миссией. Женщину, готовую к борьбе.

Кампания Сары шла с успехом. Грейс утверждала, что чтение — это не для нее, но согласилась взглянуть на одну из книжек. Сара выбрала для нее избранные стихи Дилана Томаса двухтысячного года издания.

— Говорят, что он умер в своем номере отеля «Челси» после многодневного запоя. Его последними словами, сказанными его девушке, были: «Я выпил восемнадцать бутылок виски. Это рекорд. Я люблю тебя».

— Вот это да, — охнула Грейс и поднесла книгу ближе к глазам.

Сара не стала добавлять, что мало кто верит в то, что он действительно сказал эти слова. Да и выпить столько невозможно. Энди заглянул в книжный поддержать кампанию. «Площадь» была слишком далеко, чтобы он сам мог принять участие. Но ему любопытно было увидеть реакцию жителей Хоупа.

— Что делать. Кто-то же должен продавать спиртное, — ответила Сара.

— Ты права, — согласился Энди, оглядывая магазин. Внезапно он застыл и нагнулся к одной из полок.

— Боже мой! — воскликнул он, поворачиваясь к Саре: — У тебя тут есть гомоэротика!

Сара сделала серьезное лицо, но уголки губ у нее все равно подрагивали.

— Ты сам попросил меня об этом, — сказала Сара.

— Но я и не думал, что ты это сделаешь. У Каролины будет удар.

Он подошел к полке посмотреть книги поближе.

— Но эти не самые лучшие. В интернете можно найти и поинтереснее, — прокомментировал он, краснея.

Сара тоже покраснела, хотя и знала, что он сказал это нарочно, чтобы смутить ее, и ответила:

— Эти не самые плохие. Дай им шанс.

Сара вышла из-за прилавка и достала пару книг с полки.

— Посмотри эти.

— Ты их читала?

— Конечно. Я же должна знать, что продаю. И я тоже умею пользоваться интернетом.

И много знаю, добавила она про себя. Энди рассмеялся, но книги купил. Правда, Сара не позволила ему заплатить. Первая победа, подумала она, кружась в танце от радости. А завтра Броукенвил покажет Хоупу, какие читающие в нем жители.

Читатели Броукенвила рекомендуют