Но наиболее успешными бизнесменами показали себя сами никологорцы. С необыкновенным рвением знатные семьи стали разрезать прежние гектары на участки и строить на своих участках новые дома: рачительные - на съем, нахрапистые - на продажу. Самые обеспеченные нанимали рабочих, кто победнее - работал сам, а чаще одно совмещали с другим. В 90-е любой здешний каникулирующий школьник по крайней мере с 12 до 17 в обязательном порядке «работал», помогал семье на стройке. Лай собак из звуковой гаммы вытеснился визгом бензопил, а самым часто встречающимся авто на узких дорожках стал КамАЗ, груженный кирпичами. Наиболее благодушные из местных жителей с восторгом смотрели на возрождавшуюся в рамках отдельно взятого поселка строительную отрасль, прозревая в стуке топоров будущий ренессанс экономики. Самые пессимистичные угадывали в превращении дачного поселка в стройплощадку будущее нашествие варваров и прощание со здешним лесом. К середине 90-х треть населения Николиной Горы составляли рабочие из Молдавии и Украины. И никакой ксенофобии: каждый год на чемпионат Николиной по волейболу гастарбайтеры выставляли собственную команду.

Буржуазная эволюция

Все последующие изменения происходили по закону часовой стрелки: заметить их мог лишь глаз отпускника, приезжающего в свою усадьбу раз в год. Вот исчезли разносчицы молока и овощей из окрестных деревень - Аксиньино и Маслово сами стали на путь превращения в элитные поселки. Вот уже знакомых, многолетних, ставших своими гостей здешних семейств сменили драгдилеры и среди местной молодежи прошла эпидемия героиновой наркомании, которую прекратила только смерть от передозы местного 16-летнего повесы. Вот в ряду съемщиков интеллигентных иностранных дипломатов и англоговорящих сотрудников совместных предприятий сменили их русские коллеги. А вот уже старенький магазин превратился в элитный ресторан.

Здешние Лопахины вели себя неинтеллигентно. Вслед за Татьяной Дьяченко, по слухам, выстроившей себе замок с трехметровым кирпичным забором прямо на склоне Горы, в поселок потянулись люди с большими планами, чьи амбиции простирались далеко за пределы пятисотметрового кирпичного домика. Для затравки была огорожена территория за Памятником - местной стелой, возведенной над захоронением трех бойцов Красной Армии, героически павших здесь в бою с превосходящими силами фашистов; поначалу в территорию «отреза» попал и сам мемориал, однако никологорцы подняли такой крик, что от прежних планов новоявленным латифундистам пришлось отказаться. Затем состоялся еще более символичный захват: забором, на этот раз кирпичным, была отгорожена именно та территория, которую в 80-е пытался и не смог захватить последний советский Совмин. Местная общественность снова подняла было крик, однако в 1996 году программы «Взгляд» уже, как известно, не существовало. Некоторые журналисты московских изданий и даже телекомпаний пытались поинтересоваться, каким образом лесной запасник, входящий в охранную зону, был оформлен как «кустарник» и отдан в долговременное пользование бизнес-структуре, но им оперативно напоминали, что у них есть жены, мужья, дети и пожилые родители. «Кустарник» довольно скоро обернулся коттеджным поселком с кинематографическим названием Коттон Вей, а дорога с Николиной Горы в Маслово отчего-то переименована в улицу Земляничную (никологорцы обычно называли просеки и аллеи именами живших на них прославленных людей).

Остатков прилегающего леса Николина гора вскоре лишилась полностью: вырубать лесной массив начали с трех концов и изнутри. От бывшей чащобы, богатой грибами и малиной, сейчас фактически остались одни контуры - внутри она теперь напоминает недоделанный регулярный парк. Живописнейшая дорога с Николиной в соседний ДСК «Градостроитель» пролегает не по лесу, а между двумя высоченными заборами и делает вираж у КПП при въезде в элитный поселок. Впрочем, на велосипедах там ездить не рекомендуется - слишком часто придется шарахаться в сторону от низколетящих кабриолетов. А год назад кто-то обсадил несколько здешних сосняков жуком-короедом, чтобы по результатам его трапезы в году нынешнем вырубить оголенные деревья и перевести территорию в категорию пригодной для застройки.

Всеобщее благоденствие