– Чистокровные постараются замять это дело, – прокомментировал Бойл, переворачивая страницу устава.

– Разве они не захотят устроить скандал и привлечь как можно больше людей? – спросил Эдвард.

– Этим займутся СМИ, если информация утечёт, но сами чистокровные, а я сейчас говорю про Совет старейшин и про верхушку Академии Святых и Великих, скорее всего будут скрывать шумиху до последнего. – Бойл произнёс всё это, даже не отвлекаясь от устава. – Не думаю, что ректору Бруму хочется огласки.

Теперь Эдвард и Скэриэл обменялись взглядами, подтекста которых я не распознал. Они словно обсуждали что-то своё на непонятном мне языке мимики и жестов. Я не видел лица Скэриэла, зато мог видеть, как Эдвард смотрит на него. Скэриэл коротко мотнул головой, и Эдвард едва заметно кивнул, а затем проговорил:

– В уставе сказано, что гражданин Октавии может подать заявку на поступление в Академию, если выполнит ряд требований: например, предоставит рекомендательные письма от чистокровных, но в уставе даже не прописан возраст этих людей, такая ошибка нам на руку. Не указано, что поступать должен именно чистокровный. Гражданин Октавии, а это значит, что Скэриэл имеет право поступить. Остаётся главное – оплатить учёбу и сдать экзамен по тёмной материи. Стандартно полукровки и низшие не могут себе позволить эти три пункта.

– Получается, что Скэриэл может поступить из-за бюрократических дыр в регламенте? – спросил я.

– Да. Всё верно, – кивнул Бойл, – По закону он имеет право подать заявку. Но чистокровным законы не писаны. Они сделают всё возможное, чтобы ты и шагу ступить не смог на их территории.

Эдвард тоже допил пиво, но оставил бутылку рядом с диваном, жестом указав, чтобы я лишний раз не рыпался.

– И тобой точно заинтересуется Франк Лафар, – задумчиво проговорил Бойл. – Надо быть к этому готовым.

– Кто это? – спросил я.

Прокурор расплылся в улыбке, словно я сморозил остроумную шутку. Но тут он взглянул на меня и понял, что я не шутил.

– Благодарите всех богов, если вам ещё не довелось с ним познакомиться, – мрачно произнёс Бойл, впервые задержав на мне свой проницательный взгляд. – Он команданте Отдела Миграции Полукровок и Низших. Сумасшедший чистокровный, ненавидящий нас всех. Его называют Октавианским Крысоловом.

– Команданте? Так ещё и Крысолов? Значит, важная шишка, – скрестив руки на груди, заметил Эдвард.

– Самая важная, – подтвердил Бойл. – По сути, его единственный начальник – Фредерик Лир.

– Верховный Сизар Октавии? – уточнил Эдвард, нахмурив брови.

– Да.

– Он тоже сумасшедший чистокровный? – спросил я.

– Да они все одинаковые. По слухам, Лир ненавидит низших. Вы должны понимать, что он не просто состоит в Совете Старейшин, он его возглавляет.

– Вы его когда-нибудь видели? – спросил Эдвард.

– Попасть на встречу к Фредерику Лиру практически невозможно. – Бойл помотал головой. – Да и он сам не слишком стремится к публичности.

– Не то чтобы мы горели желанием встречаться с ним. – Скэриэл лениво потянулся и зевнул.

– Что Лир, что Лафар опасны. До вас в любом случае доберётся команданте. Я уверен, что он уже интересуется твоим делом.

– Какая честь, – иронично бросил Скэриэл.

– Значит, команданте и Верховный Сизар. Кого ещё стоит опасаться? – Эдвард явно хотел по максимуму просчитать все риски.

– Всех чистокровных. Им нельзя доверять.

– Никому нельзя доверять, – заметил Скэриэл.

<p>5</p>

Я заметил здоровяка, когда он пересёк улицу сразу за мной. Нет, я не из психов, которым везде мерещится слежка, но когда ты в бегах, волей-неволей становишься подозрительнее. Проходя мимо магазинов, я замечал грузный силуэт в отражении. Когда перебегал проезжую часть, мельком осматривая дорогу, чувствовал, что и он ускоряется. Если внезапно останавливался, что-то ища в телефоне, он тоже выжидал неподалёку. На улице было холодно и многолюдно, но преследователь не отставал всю дорогу.

Этот здоровяк меня совсем за идиота принимает? Думает, что я приведу его к Скэриэлу? Я плутал уже пятнадцать минут, придумывая, как бы избавиться от него. Перейти на бег? Сесть в такси? Он может броситься за мной на своих двоих или тоже поймать попутку.

Юркнув в ближайший стрип-бар, я направился к небольшой сцене. Конец недели, поздний вечер, так что тут собралось достаточно людей, чтобы под завязку заполнить душное прокуренное помещение. Я никогда не любил подобные места, но сейчас был искренне рад оказаться среди шумных пьяных низших и полукровок.

Я ругал себя последними словами, потому что не мог вспомнить, с какого момента обзавёлся «хвостом». Где я прокололся? Как этот тип вышел на меня? В какой-то момент я решил было, что он подберётся ближе и, не задумываясь, при всех выстрелит в голову – такова плата за побег от мистера Эна.