Читаем Да ночь простоять... полностью

Что бы не делалось, а всё к лучшему. Как вы думаете, кому поручили сопровождать этих пришлых ниндзя. А сколько им оружия надавали. О таких пакетах с само разогревающимся пайком я даже не слышал. Автоматы с шестидесяти патронными магазинами в руках разведчиков внушали уважение. На БТР поставили АГС31 с секретными гранатами в коробе. Чип внутри боеприпаса взаимодействовал с лазерным дальномером прицела БТР, и наводчик выставлял дальность, на которой происходил подрыв гранаты. То есть, из нового АГС не надо было попасть в цель — нужно было лишь задать место подрыва и выстрелить над мишенью. Ствол гранатомёта при каждом выстреле откатывался назад, практически полностью гася возникающую отдачу. Для уходящих разведчиков не жалели ничего со складов Базы. Приборы внутригрупповой связи, маленькие, легкие и удобные выдали и нам. Колонна практически убывала в том же составе что и вернулась, только в нашу вереницу добавили ещё один БТР- 90, который Муха отдирал от консервационной смазки почти сутки, заправлял, заряжал, заливал, проверял и конечно ругался. Наш БТР, пристрелянный и одомашненный, отдали разведчикам, которые тут же стали на него навешивать пустые ящики без боеприпасов, в которые вставляли по два листа трёхмиллиметровой стали. Оружие поменяли на АК-12. Снайперские винтовки СВД — заменили на «Валы». Достали из глубины складов РАВ лёгкие и прочные бронежилеты с накладными карманами. Каждому вручили усовершенствованную Сферу с пуленепробиваемым забралом на голову вместо обычной каски. Вытянули с хранилища накладки на колени и локти. Вместо больших и старых Ф-1 мы получили маленькие, как теннисные мячики ручные гранаты начинённые тактитом. Старшина, правда, новые гранаты не очень жаловал и затащил таки в кузов КАМАЗА три ящика Ф-1 для себя лично. Обрадовал и Бобко, когда собрал всех офицеров на последнее совещание.

— В общем есть новость приятная и не очень, — начал он не решаясь сразу, что сказать вначале.

— Тогда с хорошей командир, он лучше и плохую подсластит, — серьёзно сказал начштаба. В комнате коменданта было всего несколько офицеров. Тролль — командир спецназа ТОФ, Змей — начальник ДШГ сопровождения, Бобко — комендант района и базы, НачШтаба и начсвязи. Ну, и я сидел рядом с Горынычем и старался не отсвечивать, — Хорошая новость такая — наша вторая группа, которая обеспечивала работу по Баканабату, прошла до устья Волги к Астрахани и установила связь с руководством территории Ставропольского и Краснодарского краёв. Взамен на помощь против Азейбарджанско-Турецкой экпансии они берут на себя проводку колонны до Новороссийска, но стопроцентную безопасность не гарантируют, — от такой новости офицеры оживились, довольно приподняли уголки губ на лицах. Бобко продолжил, — В Туркменбаши — бывшем Красноводске нашли паром и даже с командой. Они на нём живут с семьями. И безопасно, и рыбу ловят. За топливо они готовы перевезти всю нашу группу через Каспийское море, что существенно даст выгрыш во времени.

— А плохая новость? — НШ внимательно смотрел на Бобко.

— А плохая в том, что причал для парома находится в Баку, куда нам соваться ни в коем разе нельзя. Поэтому только на Махачкалу. А жаль — это вдвое дальше.

Всё, что происходило там, на морях нас пока нисколько не касалось. Бэтээры молотили асфальт своими колёсами. КамАЗы натужно ревели, волоча на себе груз. Я сидел на броне боком, привалившись к черноте воронения тридцатимиллиметровой пушки, так, чтоб не мешать Мухе, торчать из своего люка. С другой стороны длинной и тонкой трубы сидеть было опасно. И я согнал оттуда Мамедова. Который уже облокотился на законцовку ствола ПКТ своей спиной.

— А ну свалил, мля оттуда, — начал я с грозой и молнией в голосе, наезжая на пулемётчика. Тот не понял причины моего гнева, привстал, но удивлённо посмотрел на меня.

— Не понял тащ лейтенант? — спросил он и чуть не вылетел «за борт», усиливая свой вопрос жестом руки.

— Мамедов, блин, а если оператор случайно на спуск ПКТ нажмёт вместо пушки. Тоже будешь так брови поднимать? Твоя семёрка в упор порвёт спину на мясо для собачника. Свалил оттуда за башню, пока не стёр до позвоночника! — Мамед только сейчас увидел притаившийся в башне раструб короткого ствола спаренного с пушкой пулемёта. Если бы он сел, так же как и я со своей стороны башни и удобно опёрся слева на пушку, то весь его бок и спина оказывались на пути выходного отверстия пулемёта, родственного тому с которым постоянно носился пограничник.

Внутри бронетранспортёра было уютно, но на его броневых листах смягченных матрасам старшины нам нравилось больше.