Читаем D/Sсонанс (СИ) полностью

 ..."Выдеру тебя кнутом до крови. Оттрахаю во все дырки так, что не сможешь пошевелить пальцем. Вырежу свое имя на твоем бедре, твою мать. Будешь потом рассказывать своим детям, что я был твоей первой и последней любовью"... 

Черта с два. Сознание стряхнуло оковы шока и посмеялось над этой увеселительной тирадой твоего мучителя. Оно с самого начала знало, что все это не было правдой. Может, кроме последнего...

Только совсем не ножом. И совсем не на бедре. И даже не его имя.

Когда тебя грубо швырнули к  ногам, не спросив твоего мнения на этот счет, ты пытаешься этому сопротивляться. Так комфортнее. И так правильно. Борьба за право быть собой, испытать свои пределы и выйти победительницей. Когда осознаешь, что против абсолютной силы нет никакого противодействия - рушатся все  стены, все возведенные тобой города твоего же замкнутого мира. В один момент теряешь все. Себя же теряешь не сразу. Проходит некоторое время. Сознание уже поняло и приняло, пытается донести до разума одну простую истину - смирись, нельзя восставать против идеального на первый взгляд порядка вещей и плевать на первобытные инстинкты генетического уровня. Именно в этот момент и начинается кошмар.

Тебя предали все. Сознание - в первую очередь. Герои не сдаются. Не этому ли кредо ты следовала всю свою жизнь? И это гребаное сознание все устраивало. Но, наверное, тогда эти стремления подпитывал еще и здравый эгоизм. Который пал первым. Страх еще не уничтожил тебя, а вот твое эго - вполне, особо не напрягаясь.

Когда тебе ногой безжалостно прижали горло, перекрыв кислород, путей отступления нет. Будет последний рывок. Скорее всего, неудачный.

Вот и у меня не получилось. Не течет в тебе, Юлька,  кровь скифских амазонок и монголо-татар, чьи скулы достались по наследству и заставили свихнуться не одного потомка коренных славян. До последнего будешь искать что-то человеческое в каждом, на кого дрогнула поднятая рука. Оправдывать свою слабость человечностью и светлым началом, мимоходом приписывая такие же качества оппоненту. Считать, что нокаутировала тьму своего сердца, не понимая, что просто-напросто лишилась последней гордости вместе со слезами, изматывающей истерикой и желанием заснуть на его руках крепким сном, пофиг даже, проснешься потом или нет...

Сон оказался последним закрепляющим этапом моего безоговорочного падения. Сознание победило эгоизм, одержимый чувством протеста. Тогда я этого не понимала.

Открыла глаза в абсолютной темноте. Было тепло. Было очень хорошо. Что-то, знакомое с детства. Что-то от кошачьих инстинктов, которые, если верить журналам, сильны в каждой особи прекрасного пола. Острое желание свернуться клубочком на его плече и замурлыкат

Что?! На чьем плече?! Твою ж мать!

А почему бы и нет?

Сон как рукой сняло. Я сомкнула колени, пытаясь занять удобное положение... и опешила, ощутив мощный эротический разряд. Что за хрень? Мое сознание проснулось первым. Сейчас просыпалось тело. Словно ураганная спираль, набирая робкие обороты, завертелась внутри каскадом розовых лепестков черно-красного цвета, за миг сметая на пути все преграды, чтобы взорваться негаснущим фейерверком между сжатых ног... 

Такое со мной раньше было... Раза два, не больше. Первый раз - еще в школе, когда Жека, окунув меня в омут чувственности и прочно подсадив на плотское удовольствие, укатил на две недели в Затоку с собратьями по железным коням. Я с ними не поехала - подработку в офисе терять не хотелось. Что творилось со мной в спальне, стоило только наступить ночи - не передать. Пару раз я здорово напугала Настену, которая поведала матери, что по ночам меня кто-то душит. Слава богу, мамуля не поняла ничего. Зато вынесла все мозги с воплями - "докурилась до астмы, дрянь?!" 

Вспоминать об этом моменте я не любила. Да и на месте Жени в моих фантазиях тогда Брэд Питт, Джош Харнет и Мэтт Боммер сменяли друг друга с шокирующей развращенной периодичностью.

Второй раз я хотела стереть из своей памяти до основания вместе с каскадом иных воспоминаний. Потому что это случилось со мной аккурат после нашего знакомства с ЕС. И почему-то в своих фантазиях я не пририсовывала ему лицо Александра Скарсгарда или какого-нибудь очередного Роберта Паттисона, учтем реалии. В той безумной агонии он был для меня самим собой.

Твою ж маму. Возвести в квадрат и взрастить в геометрической прогрессии, где каждый второй член больше предыдущего... Ага. Привет, Зигмунд Фрейд, долбани меня электротоком

В этот раз сознание сжалилось. Подняло за шкирку коматозное эго, пихнуло в бок - а ну, улыбнись ей! Минут на пять, не более. Этот синхронный дуэт и остановил их обладательницу, то есть меня, на пороге очередной панической атаки, запустив аналитический ум