Читаем D.R.E.A.M.E.R. Гепталогия полностью

— Запросто, но все гораздо интересней, Соня, — Сергей загадочно улыбнулся, — он мой симбионт, а значит, я могу видеть его глазами. Вот почему я не просил тебя снимать труселя, чтобы показать свою отметину. Я уже видел ее.

Я моментально покраснела, и у меня затряслись руки.

— И не испугался? — брякнула я, вспоминая реакцию Руслана.

— Я тертый калач, меня такими отметками не удивить, меня больше смутили слова гномов про дверь-портал. Магия все сильнее проникает в наш мир, — Сергей отошел от окна и сел на стул, — или она все-таки всегда была рядом, а мы просто не можем ее видеть, про пользоваться я вообще молчу.

— А тебя не удивило, что гномы так легко сдались? — спросила я.

— Нет. Эти двое недомерков не состоят в гильдии мастера Димли. Нелегалы, которые куют все подряд. У гномов очень строгий кодекс, который запрещает им использовать некоторые материалы и создавать могучие артефакты, которые могут пошатнуть равновесие миров. А Вит и Нар — преступники в своем мире. Создают запрещенку и продают, либо выменивают. Спасает всех только одно — к ним практически невозможно попасть просто так. После того как эту парочку кинули несколько раз опытные дримеры, они отгородились от всего мира и даже от своих сородичей.

— Ясно. Итак, какие у нас на сегодня планы? — спросила я.

— Устрою тебе коротенькую экскурсию. Рагни нужно повозить по всему городу, чтобы он нашел что-нибудь интересное. И что бы я без него делал? Торчать все время в режиме осознанности сильно утомляет.

Я быстренько доела остатки пиццы, выпила кружечку чая, а потом мы понеслись в Калининград. По пути нам не раз попадались целые аллеи из больших деревьев, растущие прямо по краям дороги. Они создавали настоящие зеленые туннели, и я завороженно смотрела, как играют лучи света в их кронах.

— Наследие войны, — кивнул Сергей, — немцы специально сажали эти деревья, чтобы скрывать свои колонны от авианалетов. Машин в камуфляже были почти не видны внутри таких живых туннелей. Война давно закончилась, а вот деревья стоят до сих и собирают свою кровавую дань.

— В каком смысле? — не поняла я.

— Бьются об них часто. Тут и там венки и ленточки. У местных даже присказка была, мол, что в деревьях живут души умерших нацистов.

— Ну и шуточки у них.

— И не говори. И все-таки слова гномов не выходят у меня из головы.

— Про порталы?

— Ага. Рагни вот тоже твердит, что они могут существовать в нашем мире.

— А почему бы и нет?

— Тут не все так просто. Видишь ли, Соня, известные мне миры делятся на два типа — имеющие физический уровень, это как наш вот, и полностью искусственные, как Ардения, например. Знаешь такую? Это игрушка для дримеров. Ее мой друг создал. У живущих там нет физического тела, и все предметы вокруг созданы из света чужого могущественного сознания.

— Бога?

— Типа того. Вот мир Рагни — он погиб много тысяч лет назад, но каким-то образом застыл и изменился. Перешел в подвешенное состояние. Все жители умерли.

— И волк умер?

— Да, но его сознание осталось там. Но к чему я это все говорю? В таком вот искусственном мире существование порталов вполне объяснимо. А если мир физический? Как они там создаются? Я просто не знаю, как это вообще возможно. Так что мне теперь стало очень интересно дойти до конца и найти эту дверь.

И мне тоже. Конечно, все эти трюки с гипнозом и снами похожи на настоящую магию. И, наверное, перетаскивание артефактов в реал наверняка можно как-то объяснить, но дверь в другой мир — это слишком. Даже ведьмак удивлен, а что мне думать теперь, и если мы ее найдем, то что дальше? Полеты наяву? Волшебные палочки? Я с удивлением поняла, что такое развитие ситуации уже не кажется мне смешным и нелепым.

Через полчаса мы въехали в Калининград, Сергей повел машину в самый центр. Мы проехали мимо площади с танцующими фонтанами и современной церковью. Часть улиц была вымощена — еще с довоенных времен. Дома в основном были старыми, но где-то вдалеке виднелись современные, окрашенные в яркие цвета многоэтажки, а местами проглядывали даже убогие хрущевки. Настоящая эклектика.

— Рагни говорит, что чует крупный источник света. Скорее всего, это артефакт. Я даже догадываюсь какой, — Сергей развернулся на перекрестке и направил машину во дворы.

— Серьезно? — спросила я.

— Да. Вот увидишь — некоторые артефакты просто лежат на поверхности, люди все равно их не видят. Давай припаркуемся здесь, Рагни последит за машиной.

Мы вышли из «БМВ», прошли немного и оказались в странном дворике с ограждениями и торчащими вентиляционными трубами.

— Это бомбоубежище, — догадалась я.

— Бери выше. Это военный бункер Отто фон Ляша. Здесь он подписал сдачу города, когда тот пал.

— А нас сюда пустят? Или ты снова воспользуешься гипнозом? У тебя есть какой-нибудь план, как нам туда попасть?

— Да, есть, и он гениален в своей простоте. Мы просто спустимся вниз и купим билеты, Соня. Сейчас это музей, и он открыт для всех желающих. Диорамы примитивные, много газетных вырезок, и есть смешной макет немца с собакой, которая гавкает. Но главное, конечно, нечто другое.

Мы спустились по крутым ступенькам вниз.