Читаем Д'Арманьяки-2 полностью

В центре маленькой часовни соорудили пьедестал. Пьедестал покрыли красной материей. На нём и лежала тело графини Д,Арманьяк. Вокруг пьедестала горели десятки свечей. Три человека, – два священника и Анна, – преклонив колени, усердно молились перед телом покойной. Войдя в часовню, Жан остановился. В этот миг, заслышав шум шагов, Анна подняла голову, а в следующее мгновение поднялась и устремила на брата взгляд полный слёз. Жан очень медленно подошёл к пьедесталу. Его рука потянулась к голове матери.

– Так вот она какая, – прошептал он, с глубокой нежностью дотрагиваясь рукой до её лица…

И Капелюш, и Ле Крусто, и Таньги, и даже Анна, невыносимо страдая сама, с глубоким участием смотрела на Жана. Все вокруг молчали, не смея нарушить тишину. Лишь голос Жана едва слышно раздавался в стенах часовни.

– Ты не заслуживала такого сына… сына, который не смог спасти собственную мать…

– Она сама того желала, – тихо произнесла Анна, – тебе не в чем себя упрекать.

– Ты права, – с мучительной болью прошептал Жан, не сводя взгляда с тела своей матери, – я обещал, что она вернётся и вот…она здесь…

– Жан…

Жан поднял руку, останавливая сестру.

– Не сейчас…я хочу остаться один. Оставьте нас…

Анна едва сдерживала слёзы, но, тем не менее, повиновалась без единого слова. Она лучше, чем кто-либо другой понимала его состояние. Она направилась к выходу. А вслед за ней и все остальные. Жан посмотрел на священников и указал рукой на дверь. Те так же молча повиновались. Жан остался наедине с телом своей матери. Он опустился на колени. Голова опустилась на грудь. Из груди вырвался прерывистый вздох. В таком положение он и оставался. Время от времени, Жан поднимал голову и смотрел на тело матери. В такие моменты у него вырывался судорожный вздох. Лицо начинало дрожать. В глазах появлялись слёзы. Усилием воли он подавлял чувства готовые вырваться наружу и вновь погружался в прежнее состояние. А снаружи, тем временем, происходил очень важный разговор. Таньги всячески пытался убедить Анну оказать ему помощь.

– Пойми же дитя моё, – с волнением говорил ей Таньги, – мы не должны винить короля. Будь он повинен в смерти Луизы, я первый бы объявил об этом. Ты знаешь, как я любил твою матушку. Но сейчас мы должны отбросить все наши чувства и выступить вместе против наших общих врагов. Именно они виновны в её смерти. Мы должны объяснить графу Д,Арманьяку истинное положение и указать на врагов.

– Я верю вам, – тихо отвечала Анна, – скажите, что мне надо сделать. Как помочь?

– Поговори с братом. Успокой. Он не должен руководствоваться гневом. Только не сейчас. Нам приходиться слишком тяжело. Король со всех сторон окружён врагами. Если и Д,Арманьяки выступят против него, станет совсем плохо.

– Король унизил Д,Арманьяков, – подал голос Ле Крусто, – так почему мы должны помогать ему? Почему должны верить, что не он виновник смерти графини?

– По причине того, что я тебе говорю это, – резко ответил другу Таньги, – или моё слово ничего не значит для тебя?

Ле Крусто пожал плечами.

– Я готов поверить тебе, Таньги. Но речь идёт не обо мне. Попытайся убедить графа. Я приму лишь его решение.

– Гийом, король нуждается в нашей помощи. Мы обязаны защитить трон. От любых врагов. Мне ли говорить тебе эти слова?

Ле Крусто не успел ответить, так как в этот миг из часовни появился Жан. По его лицу нельзя было ничего понять. Оно стало непроницаемым и отражало лишь тяжёлый взгляд, который прошёлся по присутствующим.

– Монсеньор, – начал было Таньги, но Жан остановил его речь движением руки.

– Я всё слышал и всё увидел. Король дал свой ответ. Что ж…очень скоро он услышит мой, – в голосе Жана прозвучала роковая решимость. Не только Таньги, но и Анна и Капелюш с Ле Крусто, изменились в лице, услышав эти слова. Все отчётливо услышали угрозу в адрес короля.

– Не стоит совершать опрометчивых поступков, монсеньор, – предостерёг Жана Таньги.

Жан окинул Таньги холодным взглядом. В голосе Жана снова прозвучала угроза. На сей раз в адрес Таньги.

– Я начинаю сожалеть о том, что спас вашу жизнь. Вы сделали своё дело. Здесь вам больше делать нечего. Отныне вам запрещается приезжать сюда. Всё, что имеет отношение к королю, не должно иметь отношения ко мне.

– Жан, – Анна с умоляющим видом протянула к нему руки, – Таньги все эти годы был для меня словно родной отец. Ты не должен…

– Вот как? – в глазах Жана заполыхал мрачный огонь. Анна испуганно отшатнулась назад, увидев этот взгляд. – Можешь отправляться вместе с твоим…отцом…дорогая сестра. Коня, – громко закричал Жан.

Все в одночасье отступили перед грозным обликом Жана. Испуганный конюх подвёл коня. Жан одним движением вскочил в седло и уже оттуда бросил в лицо Таньги:

– Пусть твой король остановит меня,…если сможет…

Жан пришпорил коня и помчался к воротам. Анна закрыла лицо руками и беззвучно плакала. Капелюш поспешно седлал лошадь, а Таньги закричал Ле Крусто:

– Надо его остановить, пока он не натворил бед!