Красной кровью изомлел!

Кровь-руда! Куда ты таешь?

Где ты оком возблистаешь?

Кто тебя, мой свет, сберет,

Мне темницу отопрет?,.

Кто б ты ни был, меткий лучник,

С милым светом мой разлучник,

Глаз ты выткнул мой, один:

Ты мне ныне господин.

Что велишь, тебе содею,

Кознодею, чародею:

На роду судьбина зла

Мне написана была.

Вещей рыбы помни слово:

Что прошло, зачнется ль снова?

Три лежат тебе пути:

Выбирай, каким идти.

Если Солнцев перстень выдам,

Два пути ко двум обидам;

Если перстня не отдам,

К Солнцу путь отыщешь сам.

Путь один: коль перстень вынешь,

В глубь живою рыбу кинешь,-

Залетишь ты на орле

К порубежной той земле,

Где ключи зари восточной

Перед Солнцем в час урочный

Размыкают створы врат.

Будешь ей жених и брат,

Ненавистный, неизбежный;

Но красавицей мятежной

Овладеешь, и тебе

Покорится, как судьбе,

Самовластная царица,

И царева колесница,

И царева четверня

С мощью света и огня -

Все пойдет тебе в добычу

Так владыку возвеличу.

Солнце в темный склеп замкнешь;

Солнцем новый бег зачнешь.

Путь другой: как перстень вынешь,

Если мертвой рыбу кинешь -

Возвратишься на орле

К обитаемой земле.

Тень и мрак легли по долам;

Плач и стон стоят по селам:

Не минует ночи срок,

Не прояснится восток,

Солнцев перстень ты покажешь,

Чары темные развяжешь,

Мир собою озаришь

И под ноги покоришь.

Прослывешь в молве народа

Солнцем, гостем с небосвода

Будешь с перстнем царевать,

Свет давать и отымать,

Поклоняясь, будут люди

Мощь твою молить о чуде;

Солнцу, сшедшему царить,

Ладан сладостный курить.

Если мне кольцо оставишь,

Царской славой не прославишь

Темной участи своей;

Но лишь третий из путей

Жало чар моих потушит,

Волхвование разрушит:

Лишь тогда явит свой лик

Солнца зримого двойник -

На кого с притина Солнце

Сквозь срединное оконце

Глянув — слепнет, и темно,

Словно черное пятно.

Чтобы власть его восставить

И пути пред ним исправить,

Ты, доверившись орлу,

В светлый скит неси стрелу.

Есть двенадцать душ в пустыне;

О невидимой святыне

День и ночь подъемля труд,

Храм невидимый кладут.

Там, где быти мнят престолу,

Ты стрелу зелену долу,

Кровь мою земле предай

И росточка поджидай.

Процветет цветистой славой

Куст душистый, куст кровавый;

Всех цветней единый цвет,

Краше цвета в мире нет.

Цвет пылает, цвет алеет,

Ветерок его лелеет,-

Вдруг повеет — и легка,

Отделясь от стебелька,

Роза, сладостною тенью

По воздушному теченью,

Как дыханье сна, плывет,

За собой тебя зовет.

В Розе, темной и прозрачной,

Что сквозит, как перстень брачный?-

Не гляди, не вопрошай;

За вожатой поспешай

Через долы, через горы,

Недр земных в глухие норы;

Нежной спутнице внемли;

Весть заветную земли,

Странник темный, странник верный,

Ты неси во мрак пещерный!

В преисподнем гробе — рай…

Три судьбины: выбирай».

РАЗНЫЕ ЛИРИЧЕСКИЕ СТИХОТВОРЕНИЯ

КОЛЫБЕЛЬНАЯ БАРКАРОЛА

В ладье крутолукой луна

Осенней лазурью плыла,

И трепет серебряных струн

Текучая влага влекла -

Порою… Порою, темна,

Глядела пустынная мгла

Под нашей ладьей в зеркала

Стесненных дворцами лагун.

Не руша старинного сна,

Нас гондола тихо несла

Под арками черных мостов;

И в узких каналах со дна

Глядела другая луна,

И шелестом мертвых листов

С кормою шепталась волна.

И Та, что в тебе и во мне

И розой меж нами цвела,

Сияла, как месяц, светла,

Порою в ночной вышине,

Порою в глубокой волне;

Таилась порою, и мгла,

Казалось, ее стерегла;

Порою лучилась, бела,

В небесном, воскресном огне.

АДРИАТИКА

Как встарь, Адриатика, ты

Валов белокосмые главы

Влачишь с исступленьем Агавы,

На тирсе зеленой мечты,

Несущей родную добычу,

До отмели грузно домчишь

И, ринув, победно вскричишь,

А берег ответствует кличу.

Молчанием,— кличу глубин,

Безумных извечным безумьем,

То вдруг онемелых раздумьем

Все вспомнивших, древних седин…

И хмурится меркнущий свод

Над влажною нивой змеиной,

Как прежде,— как тою годиной,

Как белый вело хоровод

Твое неизбывное горе

Пред нами… Две чайки тогда

Летели к тебе. Без следа

Одна утонула в просторе…

Другая… О Муза, молчи

О таинстве смерти и жизни,

Как свадебный факел на тризне,

Как звезды в ожившей ночи,

Как парус в дали, осветленной

Последним румянцем луча,

Что, розы небес расточа,

Скользнул над могилой зеленой…

БЕЛЬТ

1

С утра стучит и числит посох

Покорность верную шагов.

Уж остывает в тусклых росах

Истомный червленец лугов.

И чашу хладных вод Психея

К запекшимся несет устам;

И Веспер, слезно пламенея,

Зовет к покою и к звездам.

2

Но ты все та ж, душа, что встаре!

Гляжу на эти берега,

На море в розовом пожаре,

На усыпленные луга,

На смутные косматых елей

В бессонных сумерках шатры,-

Как через облако похмелий

Мы помним яркие пиры.

3

Гул ветра словно стон по елям

Протянутых воздушных струн

И белой ночью к плоским мелям

Бегущий с рокотом бурун.-

Не сбор ли дедов светлооких

Из крепкого заклепа рун,

Из волн глубоких, дней далеких -

Арконских тризн седой канун?

4

Где не с лампадой рудокопа

Читаем библию времен,

Где силлурийского потопа

Ил живоносный обнажен,-

Осталось в бытии что было -

Душа благую слышит весть,-

Окаменело и застыло,

Но в вечно сущем вечно есть.

5

Ни тьма, ни свет: сестры и брата

Волшебный брак… От их вины

Земля безумием объята,

Глаза небес отвращены.

Не хочет небо звездным блеском

Благословить нагих услад