Читаем ЧВК Вектор полностью

Эдвард вновь налил себе виски, но его рука дрогнула разлив часть выпивки на стойку. Он был на грани. Это была не та граница, где можно просто сдаться и уйти, но та, где человек начинает терять себя. Винсент видел это — видел, что его друг держится из последних сил. Тяжесть этого мира, постоянные битвы и смерти тянули его на дно.

— Мы спасаем людей, Эд, — сказал Винсент, глядя прямо в глаза капитану. — Каждый день, когда мы идём в бой, мы защищаем тех, кто не может защитить себя. Эти парни, которые ушли сегодня… они знали, зачем они здесь. Они отдали свою жизнь ради чего-то большего.

Эдвард шмыгнул носом и потёр лицо ладонями, словно пытаясь стереть усталость и боль.

— Я понимаю это, Винс, — выдохнул он. — Но мне… всё равно дерьмово. Я устал от этих смертей, от того, что каждый раз мне приходится смотреть в глаза новым рекрутам и молча обещать им, что они вернутся. А сам, проклятье… знаю, что это враньё.

Винсент знал, что Эдварду сейчас нужно больше, чем просто поддержка — ему нужно было напомнить, зачем они здесь и зачем они продолжают сражаться.

— Ты не врёшь им, Эд, — твёрдо сказал Винсент, опираясь на стойку. — Ты даёшь им надежду. Мы все знаем, что можем не вернуться, но это не значит, что мы бросим всё. Они идут за тобой, потому что верят, что ты приведёшь их к победе, даже если эта победа требует жертв.

Эдвард молча кивнул, но слова Винсента всё же прорвали ту стену, которую он воздвиг в своей душе. Он осушил стакан и, немного успокоившись, посмотрел на командира.

— Я знаю, Винс. Просто…

Винсент молча разлил виски, прекрасно понимая, что чувствует его друг. Он поднял стакан и произнёс:

— За тех, кто ушёл. Пусть их перерождение будет лёгким.

Эдвард посмотрел на него, подняв свой стакан, и их бокалы тихо стукнулись друг о друга. Они молча выпили, каждый погружённый в свои мысли.

Вскоре Винсент встал, похлопав капитана по плечу:

— Иди домой, Эд. Отдохни, обними жену и детей. Тебе нужно время чтобы прийти в себя. Мой помощник ждет у выхода уже больше часа — он тебя довезёт.

Эдвард кивнул, с трудом поднимаясь со стула. Он действительно был вымотан, и его последние силы таяли на глазах. Но уходя, капитан бросил Винсенту короткий взгляд благодарности, понимая, что тот всегда будет рядом.

— Увидимся завтра, — пробормотал Эдвард, покидая бар.

Когда капитан ушёл, Винсент некоторое время ещё сидел за стойкой, глядя на полный стакан. Новый день, новый рейд, новые потери. Он устал так же, как и его друг, но знал, что не может позволить себе сдаться или расклеиться. Слишком многое поставлено на карту.

Покончив с виски, он тоже направился к выходу. На завтра было запланировано много работы, поэтому сейчас ему нужно было хотя бы немного отдохнуть, чтобы наутро снова вернуться к этому бесконечному кругу боли, борьбы и небольших, в масштабах целого мира, побед.

Выходя из бара, бывший священник неожиданно наткнулся на десяток своих бойцов. Их лица, усталые и покрытые тенью горечи, отражали внутреннюю борьбу. С одной стороны, они скорбели по павшим товарищам, но в глубине души ощущали облегчение — смерть обошла их стороной в этот раз. Бойцы переглянулись со своим командиром, и, заметив его молчаливый кивок, почти синхронно кивнули в ответ. Слова здесь были излишни. Бойцы прошли мимо, втянувшись в помещение небольшого бара — они были полны решимости поднять стаканы за тех, кто отдал жизни за их общее дело…

Винсент медленно поднялся по лестнице в свою комнату. Едва закрыв дверь, он начал снимать с себя тяжелую форму, каждая деталь которой была пропитана усталостью и пылью последнего рейда. Быстро приняв душ, бывший священник повалился на кровать, закрыл глаза, но спасительный сон не желал приходить. Мысли о найденной девушке, о его родителях и о давно нанесённых душевных ранах тревожили его, не давая телу и разуму отдаться долгожданному отдыху.

Воспоминания всплывали одно за другим. Искаженное болезнью лицо его отца, некогда уважаемого священника, появлялось перед внутренним взором, словно укор. Будто неотвратимое напоминание о тех высоких требованиях, что всегда висели над Винсентом за то, что именно его отец стал первым, кто принёс в этот мир столь жуткую напасть. И теперь, когда он сам стал человеком от которого зависят жизни других, бремя ответственности, казалось, стало ещё тяжелее.

Прошел почти час бессонных размышлений, когда тихий стук в дверь заставил его подняться с кровати. Он открыл дверь и увидел одну из своих служанок. Эта девушка, молодая и невероятно привлекательная, уже неоднократно заглядывала к Винсенту после тяжелых миссий в те моменты, когда он не отправлялся искать разрядки в шумных ресторанах и барах столицы. Их встречи никогда не планировались и не обсуждались, что устраивало обоих. Между ними не было слов — они просто находили утешение друг в друге.