У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло, когда я услышала, как открывается входная дверь. Послышалось звяканье: он положил ключи от машины в стоявшую в коридоре вазочку. Потом негромко заскрипели ступеньки, когда он поднялся к спальне. Сначала он заглянул к Рори, а когда вошел в нашу комнату, я поняла, что он ничего не обнаружил. Дома он никогда не заглядывал в мои бумаги, если только я его об этом не просила. Он не отличался любовью к порядку и не убирал их, если я оставляла их на журнальном столике, и не подбирал, если они оказывались на полу. И уж он точно не удосужился заглянуть в них, если так торопился на свой футбол.

– Привет, – произнес он, улыбнувшись и, похоже, забыв о недавней вспышке гнева. – Извини, что задержался. Я как-то потерял чувство времени.

– Вечер удался?

– Да, еще как. Мы выиграли два ноль, а потом зашли в «Корону» пропустить по паре пинт. – «Корона» – это паб в конце нашей улицы. – После футбола я подогнал машину к дому, а потом мы с Майком прошлись пешком.

Тут мне захотелось себя стукнуть. Я не слышала, как он парковался у дома, иначе могла бы проверить фотографию.

Когда он все-таки улегся в постель, мы поболтали о Майке и его семье, после чего Джо сказал:

– Он мне рассказал о своем знакомом, переезжающем в Ирландию.

Муж глубоко вздохнул, а у меня упало сердце. Джо из большой и дружной ирландской семьи, и пара его братьев и сестер до сих пор живут там. Как только он пропустит пару стаканчиков, он заводит разговор о возвращении домой.

– И чем его знакомый будет там заниматься?

– Он водопроводчик и говорит, что может работать там так же, как и в любом другом месте. Говорит, что сейчас в Ирландии перед людьми открывается масса возможностей.

Одной из черт характера Джо, которую я одновременно любила и терпеть не могла, был его абсолютный и непоколебимый оптимизм. Еще проблемой было то, что он мог говорить всю ночь напролет.

Я зевнула.

– Может, завтра мне об этом расскажешь. Я почти сплю.

– Извини, милая. Я вот тут просто подумал – мы бы тоже смогли так сделать.

Я совсем потеряла его мысль.

– Сделать что?

– Мы могли бы вернуться в Ирландию.

– Вернуться? Я пробыла там всего ничего!

– Ты знаешь, о чем я. В конце концов, все возвращаются домой, разве нет?

– Но мой дом не там. – Я отодвинулась от него. – А как же мой бизнес? И недвижимость, что я сдаю?

– Ой, ты могла бы заниматься этим где угодно, – с уверенностью возразил он. – Всем нужно покупать дома. И можно нанять управляющего. Ты даже могла бы нанять управляющего офисом, а там открыть еще один. – Он повернулся ко мне, весь воодушевленный этой идеей. – У нас все получится, Джем!

Все мое существо, каждая клеточка моего тела твердили мне – не задавай этого вопроса, но удержаться я не смогла:

– А чем ты станешь заниматься в Ирландии?

– Я? – обескураженно переспросил он. – Разумеется, я бы присматривал за Рори. И, надеюсь, мы вскоре заведем еще одного ребенка. Или не одного. – Он погладил меня по животу. – Может, мы смогли бы произвести на свет целую футбольную команду!

Он прижался ко мне, погруженный в свои счастливые мечты. Моей же счастливой мечтой был хоть один выходной. Я медленно отодвинулась от мужа и твердо пообещала самой себе не беременеть до тех пор, пока наши мечты не совпадут.

А потом, когда я лежала, ощущая знакомую тяжесть руки Джо, обнимавшей меня за талию, и чувствуя на шее его теплое дыхание, я снова и снова думала о фотографии и обо всем вранье, что я наговорила. Если Джо увидит фото, он сможет вернуться в Ирландию, но без меня. И, может, заберет с собой Рори.

Глава 14

Воскресенье, 30 июля

В воскресенье Софи снова вышла на работу. Ее бьющая через край энергия вызвала у меня некоторые сомнения в том, что в начале недели она болела так, что, по ее словам, чуть не умерла. Но я обнаружила, что у меня нет сил разбираться в этом. Пока она умудрялась одновременно заносить данные в компьютер и болтать в режиме радио, я сидела за столом и пыталась разобраться, что же все-таки происходит. В конце концов, я поняла, что запуталась окончательно. Я отослала Софи за молоком в магазинчик на углу, что гарантированно давало мне двадцать минут тишины и покоя.

Как только она ушла, я набрала номер Дэвида. Телефон не отвечал и на голосовую почту не переключился. Я сделала еще несколько попыток. Почти отчаявшись, отправила ему несколько сообщений, одно истеричнее другого, но потом заставила себя остановиться. Я выставляла себя идиоткой.

Вернулась Софи и сварила кофе. Я незаметно повернула монитор компьютера так, чтобы она не видела, что я делаю, и открыла свою личную электронную почту. Накануне вечером я отключила ее у себя в мобильнике на тот случай, если письмо придет, когда Джо окажется рядом. Тогда я чувствовала себя обманщицей, будто бы завела роман на стороне. Но ответа не было. Я огляделась по сторонам: в офисе было тихо. Я взяла телефон, ключи от машины и вышла на улицу. Нагуглила телефон гостиниц в Лондоне и позвонила.

– Здравствуйте, – начала я. – Меня зовут Джемма Броган. Я останавливалась у вас в пятницу, двадцать третьего июня.