Читаем Чужбина полностью

Поискав в каталоге всякого рода электроуправляемые гидроусилители для тяжелых металлических дверей, в том числе и для банковских сейфов, в конце концов нашел нужные. Закупил и, промучившись почти целый день, все-таки сумел установить. Теперь его пулеуловительный щит вместе с фальшстенкой отодвигался для открытия дальнейшего прохода простым нажатием кнопки электродвигателя. Эта работа заняла у него почти неделю и отняла много сил. Он здорово устал, хотел было отдохнуть несколько дней, но не вытерпел. Как только Войцех убедился, что щит готов, он тут же принялся искать возможность закупить нужное ему оружие. Тщательно изучив по интернету предложения по спортивному оружию, поездил по торгашам и сумел разговорить двоих из них. Их немало развелось в Германии после ухода из нее Советских войск. После беседы с одним из них и получения заказа, тот попытался развести, как «последнего лоха». Однако, после произведенной им жесткой разборки с повреждением ребер и конечностей у держателя оружия, мнящего себя крутым торговцем, принудил его резко скинуть цену на отпускаемый товар в качестве компенсации за понесенные покупателем моральные издержки. Далее бизнес уже пошел «без дураков». Разумеется он предпринял все необходимые меры, дабы не оставить своих следов у продавца, находящегося в столице этой земли, а не в его, уже родном, городе.

Сразу же после приобретения стрелкового оружия, он не утерпел и почти полдня отводил душу в своем собственном тире. Вернулся к себе в кабинет после разборки, чистки и смазки оружия удовлетворенный и чрезвычайно довольный. Но на другой же день понял, что ему вчера не хватило, чем они — он и его боевые товарищи всегда расслаблялись после этой истинно мужской забавы — баньки, настоящей, русской с парилкой и веником! Сразу же тоскливо заныло сердце. Чужбина, черт возьми! Другие нравы, другой менталитет! Он же не бюргер какой-нибудь, а боевой офицер, к тому же прошедший «огни и воды»! Не откладывая дело, снова связался с югославом, тот откликнулся своему хорошему клиенту. Ему тоже, похоже, претила чрезмерная упорядоченность, рационализм во всем — в работе, в быту и даже в «расслаблениях».

Югослав Златан, после того как они вдвоем посетили его родственника Мирчо, держащего небольшую харчевню со словенской кухней для братушек православных, разговорился и посоветовал к кому с этой проблемой стоит обратиться. Надо сказать, этот строитель бань даже в этом городке не был единственным. Их уже многие строили, но умелец-то был он один! После открытия железного занавеса и, как оказалось, окончания холодной войны в Германию, благополучную по тем временам, сразу же хлынул людской поток, в том числе и из России. Наиболее ценным приобретением для этой страны были эмигранты из числа русских немцев, все мастеровые, с образованием, культурные. Но эти эмигранты, волею судьбы осевшие в Сибири или Казахстане, обрусели до такой степени, что, как и местные жители тех краев, без баньки — настоящей, оздоровительной, — не мыслили свой быт, справедливо отдавая ей дань по части физического и морального оздоровления. Войцех недолго колебался, созвонился с этим строителем и тот сам лично прибыл к нему с проектами, которые он наловчился делать в этом городе. Сам он был потомком Поволжских немцев, практически всю свою жизнь прожившим в одном из городов Тюменской области. Там он освоил профессию строителя сих заведений, был весьма востребован, имел неплохой заработок. Жить бы ему так и поживать, но постигла его беда. Жена, сын и дочь с внуком погибли в ДТП, которых так много на дорогах России. Оставшись один, он, по русскому обычаю, запил. Из этого состояния вывел его племянник, перебравшийся в Германию. Молодец был еще тот, перепробовал множество профессий и внезапно прозрел: ведь в стране, призывавшей своих соотечественников вернуться на Родину предков, оказалось много совершенно обрусевших немцев. А они-то привыкли не к тем мыльням, пусть и с бассейнами, а к настоящей русской бане — охранительнице физического и морального здоровья. А кто им будет строить эти храмы здоровья? Конечно те, кто умеет делать как положено. Вот и оказался он-Отто в чуждой ему по духу, по воспитанию стране. Племянник взялся за организацию дела, поставку материалов, за финансовую сторону, а на долю Отто досталось само строительство.