Читаем Чумные истории полностью

Алехандро смотрел, как королевские гвардейцы быстро строятся в шеренгу во внутреннем дворе Виндзорского замка; у каждого на лице была написана готовность исполнить любую задачу, идти навстречу чему угодно, только бы вырваться на свободу. Рядом с ним стоял сэр Джон Шандос, с выражением мрачной покорности человека, взявшего на себя неприятное обязательство, но в глубине души продолжающего надеяться на отсрочку.

— Как они готовы отправиться на встречу с чумой, — печально сказал Алехандро. — Думают, это великая честь — проехаться по несчастной земле.

«Как все молоды, — подумал он, — все как один моложе меня».

— Кто из них сумеет вернуться живым? — сказал он, поворачиваясь к сэру Джону.

Тот переводил взгляд с одного на другого, пристально изучая каждого, и наконец остановился на молодом красавце с чистым, открытым лицом. Немного подумал, оценивая, и гаркнул:

— Мэттьюз, твой король оказывает тебе честь. Ты отправишься по поручению, имеющему первостепенную важность для принцессы Изабеллы, и будешь представлять его величество. Подойди.

Остатки трав, привезенных из Франции, Алехандро пустил на защитные маски для всадников. Он велел Мэттьюзу ничего не пить и не есть, ничего не трогать руками и ехать как можно быстрее.

Вместе с Аделью смотрели они, стоя на крытой террасе, как Мэттьюз вспрыгнул в седло, оглянулся и махнул им рукой. Стремглав он выскочил за ворота и исчез, оставив за собой лишь столб пыли.

— Храни его Господь, — сказала Адель.

— Не дай ему сбиться с пути, — прибавил Алехандро.

* * *

В тот день Алехандро так и не встретился с Кэт, которой послал записку, отменив первый урок игры в шахматы. Он должен был ждать возвращения Мэттьюза и портного Рида, которых нужно было сразу же устроить на временное жилье, а сэр Джон ожидал их к закату.

Проверяя, все ли готово в маленькой часовне, молодой врач пытался предугадать, останется ли кто-нибудь из них жив. За стенами Виндзора погибла уже половина населения, и было бы странно, если бы ни один из них, ни портной, ни солдат, не соприкоснулись с болезнью. Один Бог знает, кому повезет, а кому нет. Молча Алехандро взывал к Господу, молясь о пощаде обоим.

«Но когда чума пройдет, в моих услугах здесь не будет надобности. Мне нечего будет делать в Виндзоре. Те, кто будет обязан мне жизнью и здоровьем, забудут о моих стараниях. И я никогда больше не увижу леди Троксвуд».

Он вспомнил о Кэт, которая в столь нежном возрасте, не зная, что с ней будет завтра, сумела закалиться характером. Откуда у этого ребенка силы, чтобы выстоять один на один со своей беспомощностью и сиротством в доме, где каждый может ею помыкать, пользуясь лишь правом рождения? «Она незаконнорожденная, я обманщик. Это не одно и то же, но мы оба не те, за кого себя выдаем, у нас обоих ни имени, ни дома», — с горечью подумал он. Мысль о том, что можно прожить жизнь без памятных свершений, умереть неоплаканным и одиноким, пугала его больше всего.

* * *

— Скачут! — раздался крик смотрящего, когда до захода солнца оставалось несколько минут, и все в замке ожило и зашевелилось.

Алехандро, стоявший на башне Виндзора, через несколько мгновений тоже, сощурившись, разглядел в наступавших сумерках красный камзол, в каком уехал из замка Мэттьюз. Всадник, ехавший за ним следом, трясся в седле на лошади, навьюченной узлами. Вид у обоих в масках, похожих на ястребиные клювы, был дурацкий.

Но, несмотря на это, приветствовали их от души. Жители замка, изголодавшиеся по новостям из внешнего мира, встретили их, будто иностранного герцога или церковного иерарха.

Алехандро поспешно спускался по длинной лестнице. Внизу, столкнувшись с сэром Джоном, он объяснил тому, как их впускать.

— Пусть Мэттьюз и Рид снимут всю поклажу и оставят снаружи. Лошадей привязать к коновязи за стеной. Там же пусть оба разденутся и снимут обувь. Как только пройдут под решеткой, пусть прямиком направляются в часовню, никого не касаясь руками. Внутри их ждет чистая одежда, так что они снова будут выглядеть как подобает.

Несмотря на всю серьезность врача, сэр Джон, не выдержав, хмыкнул:

— По-моему, Мэттьюзу придется по вкусу приказ раздеться, хоть и при дамах. Он прекрасно знает, что хорош собой, и любит похвастаться женщинам. Он скорей пройдется важно, как павлин, и не прошмыгнет стыдливо, чтобы скорей спрятаться.

— Тем не менее запретите ему останавливаться и приближаться к другим. Он должен идти быстро и прямиком куда сказано.

Алехандро повернулся к собравшейся толпе, выросшей в мгновение ока. Среди любопытных были даже принцесса и принц Уэльский. К пущему беспокойству молодого врача раздался еще и крик смотрящего, возвещавший, что к ним приближается его величество король. Но, и занятый делом, Алехандро невольно оглянулся в поисках Адели. Поиски были вознаграждены. Вскоре взгляд заметил копну рыжих волос, а когда их глаза встретились, Адель одарила его сияющей улыбкой, и это придало ему уверенности.