«Успокойся, Кристофер, – сказал мастер Бенедикт. – Ответ у тебя в голове. Как его найти?»

Это был несложный вопрос.

«Надо уйти с дороги. И пусть разум сам отыщет ответ для меня».

«Тогда позволь своему разуму это сделать».

Вот оно! Да, Мельхиор умел читать людей. Но не потому, что был пророком. Он просто хорошо знал человеческую природу. И если он читал меня, то лишь потому, что видел правду на моём лице. Но выражение лица зависит от мыслей человека. И значит, всё, что мне нужно сделать, – поверить в собственную ложь.

Итак, я представил то, что хотел бы увидеть. Представил лорда Эшкомба. Представил, как я рассказываю ему, что эта троица сделала с Лондоном. Представил, как горят его чёрные глаза, как изгибается шрам на щеке, как трёхпалая рука стискивает рукоять палаша. Представил, как лорд Эшкомб направляет весь свой гнев на этих людей, готовясь разорвать их на части.

А потом я швырнул всё это в Мельхиора.

– Подожди немного – и сам увидишь, – сказал я.

Мельхиор смотрел на меня.

– Ну? – спросил Генри. – Он лжёт?

Я горел желанием отомстить за мой город. За детей из приюта, за дочь Олдборна. За каждую погубленную душу. За каждый пенни, который они украли у обездоленных людей. Я направлял это пламя в Мельхиора и сжигал его. А за всем этим молился.

Пожалуйста, учитель, помогите мне.

Мельхиор, сидевший на корточках, с изумлением покачал головой.

– Я не могу сказать.

Генри перевёл взгляд с меня на Мельхиора, явно не зная, что предпринять. На миг мне показалось, что он всё же прикажет им бежать. Но тут заговорил Гален.

– Тогда всё-таки придется выбить из него правду.

– Нет, – сказал Мельхиор. – Это не сработает.

Он с любопытством посмотрел на меня.

– Не сработает же? Да, Кристофер? Вот почему я не стал тебя пытать, когда поймал вчера ночью. В этом не было никакого смысла. Я понимал, что ты всё равно не скажешь, где спрятал Тома. – Он слегка улыбнулся. – Но, разумеется, это не значит, что я совсем уже ничего не узнал.

– Я не сказал тебе ни слова!

– Вообще-то, кое-что сказал. Ты забыл Кристофер, что мы провели всю жизнь, используя людей. Это удивительно просто. Всё, что нужно сделать, – найти их слабое место. И когда – несмотря на весь свой ужас – ты отказался выдать мне Тома, я нашел твоё.

Мельхиор встал и указал на моих друзей в коридоре.

– Это они. Даже если мы порежем тебя на куски и в конце концов заставим заговорить, это может занять слишком много времени. Я знаю, как получить ответ намного быстрее. – Он кивнул на Тома и Салли. – Мы не будем пытать тебя, Кристофер. Мы будем пытать их. А тебя заставим смотреть.

Глава 47

– Скажи нам то, что мы хотим знать, – тихо проговорил Мельхиор, – или они умрут. Медленно.

Я не знал, как мне быть. Я понимал, что эти люди в любом случае убьют нас. И понимал, что они готовы пытать моих друзей.

Генри не собирался ждать, пока я приму решение.

– Нет? – спросил он. – Тогда кто первый? Девчонка?

Он вонзил нож глубже в шею Салли. Снова полилась кровь, пачкая её платье.

– Хочешь услышать, как она кричит. Или мне сперва исполосовать вола?

Генри махнул ножом в сторону Тома. И это была самая большая его ошибка.

В тот миг, когда остриё отдалилось от шеи Салли, девушка изогнулась, словно змея, сбрасывающая кожу. Она схватила Генри за руку и высвободила голову из его хватки, хотя Генри выдрал ей часть волос. Салли взвизгнула от боли, но не остановилась ни на миг. Она укусила Генри. Её зубы глубоко вонзились в его запястье. Генри завопил. Нож снова дёрнулся к шее Салли, но довести удар Генри не смог. Крепкая рука остановила его. Том по-прежнему сидел на полу с окровавленной шеей, но он схватил маленького человечка и крепко держал его.

Генри выл. Зубы Салли по-прежнему впивались в его плоть. Она хлестнула его по лицу, метя ногтями в глаза, как загнанная в угол кошка. Генри ударил её в ответ. Салли потеряла равновесие, и Генри с силой толкнул девушку в стену. А потом ухватил Салли за затылок и с размаху впечатал лицом в камень. Я услышал отчётливый хруст кости. Из носа Салли хлынула кровь. Она упала на пол лицом к стене, безвольно откинув голову.

«Салли»! – вот единственная мысль, которая билась у меня в голове. Но времени на размышления не было. Девушка вышла из игры, и Генри обернулся к Тому. Гален ринулся вперёд и выскочил в коридор, чтобы помочь отцу. Мельхиор обернулся ко мне. Нож, ещё недавно висевший на поясе Мельхиора, теперь оказался в его руке. Сталь вспыхнула в свете фонаря, летя к моей беззащитной шее. Повинуясь инстинкту, я увернулся и упал на колени. Что-то чиркнуло по виску, и его объяло жаром. Боли не было. Я мимолётно удивился этому обстоятельству: меня ведь ранили.