Читаем Чудовище полностью

Линди кусала губы, изо всех сил стараясь не расплакаться.

— Я выбросила твою дрянь. Спустила в унитаз.

— В унитаз? Героин на сто баксов спустила в унитаз? Ты…

— Тебе нельзя к нему прикасаться. Ты же обещал…

Он бросился на дочь, но не устоял на ногах. Линди вместе с книжкой выскочила из своей трущобной квартиры, сбежала по стершимся грязным ступенькам и очутилась на улице.

— Вали насовсем! — орал ей вслед отец. — Иди на панель, как твои сестрицы-шлюхи!

Линди бежала к станции метро. Я следил за ней, пока она не села в вагон. Только там она дала волю слезам.

Я кусал губы от собственного бессилия.


Мистер Андерсон: Благодарю за то, что вы здесь. Сегодня мы будем говорить об условиях жизни после превращения.


Лягушан: Я не лбил пруды & счас не лблю.


ДеваМолчальница: Почему, Лягушан?


Лягушан: почему??? они мокрые!!!


ДеваМолчальница: Но ты же земноводный.


Лягушан: Ну и?


ДеваМолчальница: Значит, жизнь на суше ты предпочитаешь жизни в воде, хотя спокойно можешь дышать под водой? Почему? Мне очень любопытно.


Лягушан: не лблю плвать!


К чату присоединяется Нью-Йоркское Чудовище.


Нью-Йоркское Чудовище: Можете начинать, я здесь.


ДеваМолчальница: Мы уже начали.


Нью-Йоркское Чудовище: Я пошутил.


Мистер Андерсон: Мы никогда не знаем, говоришь ты серьезно, или шутишь. Добро пожаловать, Чудовище.


Нью-Йоркское Чудовище: На этой неделе я переезжаю. Пока не знаю куда.


ДеваМолчальница: Я хочу кое-что сообщить.


Мистер Андерсон: Что именно, Молчальница?


ДеваМолчальница: Я приняла решение.


Лягушан: прти прврщение?


ДеваМолчальница: Да.


Нью-Йоркское Чудовище: Зачем тебе губить себя этой глупостью?


Мистер Андерсон: Чудовище, ты не вправе давать оценку решениям других.


Нью-Йоркское Чудовище: Но это же глупо! Зачем рисковать заклятием, когда нет надобности?


ДеваМолчальница: Чудовище, я все очень тщательно обдумала.


К чату присоединяется Медведочеловек.


ДеваМолчальница: Конечно, я рискую. И очень сильно рискую. Если тот парень меня не полюбит, я превращусь в морскую пену. Но ради истинной любви я готова рискнуть.


Медведочеловек: В морскую пену?


Лягушан: нстщая лбвь этго стоит.


Нью-Йоркское Чудовище: Можно мне вставить слово?


Лягушан: Кто мжет тбе пмшать?


Нью-Йоркское Чудовище: Послушай, Молчальница. Все парни — вруны и подонки. Ты рискуешь ради того, кто этого не заслуживает. Неужели ради кого-то можно превратиться в морскую пену?


ДеваМолчальница: Но ты даже не знаешь его!


Нью-Йоркское Чудовище: И ты тоже! Ты под водой, а он — на земле!


ДеваМолчальница: Я знаю то, что мне нужно знать. Он прекрасен.


Лягушан: уврен что тк.


Нью-Йоркское Чудовище: Я стараюсь реально смотреть на вещи…… может, он даже не заметит тебя. Не ты ли говорила, что ради этого тебе придется отдать свой голос?


ДеваМолчальница: Я спасла его, когда он тонул… Не будем об этом.


Лягушан: млчльница, чдвище есть чудвище. У тбя своя глва на плчах.


ДеваМолчальница покинула чат.


Нью-Йоркское Чудовище: простите, трудно быть Чудовищем в Нью-Йорке.

Часть третья

Замок

Глава 1

В сентябре я переехал. Отец купил дом в Бруклине — старое здание из бурого песчаника — и сообщил, что мы перебираемся туда. Магда самостоятельно упаковала мои вещи.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Граница
Граница

Новый роман "Граница" - это сага о Земле, опустошенной разрушительной войной между двумя мародерствующими инопланетными цивилизациями. Опасность человеческому бастиону в Пантер-Ридж угрожает не только от живых кораблей чудовищных Горгонов или от движущихся неуловимо для людского глаза ударных бронетанковых войск Сайферов - сам мир обернулся против горстки выживших, ведь один за другим они поддаются отчаянию, кончают жизнь самоубийством и - что еще хуже - под действием инопланетных загрязнений превращаются в отвратительных Серых людей - мутировавших каннибалов, которыми движет лишь ненасытный голод. В этом ужасающем мире вынужден очутиться обыкновенный подросток, называющий себя Итаном, страдающий потерей памяти. Мальчик должен преодолеть границу недоверия и подозрительности, чтобы овладеть силой, способной дать надежду оставшейся горстке человечества. Заключенная в юноше сила делает его угрозой для воюющих инопланетян, которым раньше приходилось бояться только друг друга. Однако теперь силы обеих противоборствующих сторон сконцентрировались на новой опасности, что лишь усложняет положение юного Итана...

Станислава Радецкая , Роберт Рик Маккаммон , Аркадий Польшин , Павел Владимирович Толстов , Сергей Д.

Приключения / Прочее / Фантастика / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика
Кентавр
Кентавр

Umbram fugat veritas (Тень бежит истины — лат.) — этот посвятительный девиз, полученный в Храме Исиды-Урании герметического ордена Золотой Зари в 1900 г., Элджернон Блэквуд (1869–1951) в полной мере воплотил в своем творчестве, проливая свет истины на такие темные иррациональные области человеческого духа, как восходящее к праисторическим истокам традиционное жреческое знание и оргиастические мистерии древних египтян, как проникнутые пантеистическим мировоззрением кровавые друидические практики и шаманские обряды североамериканских индейцев, как безумные дионисийские культы Средиземноморья и мрачные оккультные ритуалы с их вторгающимися из потустороннего паранормальными феноменами. Свидетельством тому настоящий сборник никогда раньше не переводившихся на русский язык избранных произведений английского писателя, среди которых прежде всего следует отметить роман «Кентавр»: здесь с особой силой прозвучала тема «расширения сознания», доминирующая в том сокровенном опусе, который, по мнению автора, прошедшего в 1923 г. эзотерическую школу Г. Гурджиева, отворял врата иной реальности, позволяя войти в мир древнегреческих мифов.«Даже речи не может идти о сомнениях в даровании мистера Блэквуда, — писал Х. Лавкрафт в статье «Сверхъестественный ужас в литературе», — ибо еще никто с таким искусством, серьезностью и доскональной точностью не передавал обертона некоей пугающей странности повседневной жизни, никто со столь сверхъестественной интуицией не слагал деталь к детали, дабы вызвать чувства и ощущения, помогающие преодолеть переход из реального мира в мир потусторонний. Лучше других он понимает, что чувствительные, утонченные люди всегда живут где-то на границе грез и что почти никакой разницы между образами, созданными реальным миром и миром фантазий нет».

Элджернон Генри Блэквуд

Фантастика / Ужасы / Социально-философская фантастика / Ужасы и мистика