Читаем Чудовище полностью

– Я не знал, какую цену придётся заплатить за то, чтобы тело хоть немного отозвалось. Из меня как будто душу вытягивали через соломинку, хотя получилось привести в чувства далеко не все нервные центры. Воспоминания были отрывочными, а из функций тела работала только речь и очень слабо лёгкие, чтобы нагнетать воздух в речевой аппарат. По описанию на её дворе жил "домовой" – мелкая аномальная сущность с примитивными потребностями. Он относительно мирно сосуществовал с бабулей, пока она не полезла в его гнездо. Тут тварь испугалась и выдала свою личину. Бабку хватил удар. Она вызвала нас и потихоньку умерла. – Маг затянулся так, что запахло палёным сигаретным фильтром, он тихо зашипел и воткнул окурок в пепельницу. – Когда мой напарник вернулся не найдя виновника смерти бабульки, я сидел на полу в полуобмороке. Он спросил, что произошло. Почему-то мне показалось, что рассказывать ему правду не стоит и я приврал. Рассказал, что бабушка оказалась жива, но при смерти, что рассказала мне кое-что. Потом пересказал всё, что смог вытащить из покойницы.

Он замолчал, рассеянно вычерчивая пальцем в сигаретном пепле какие-то символы.

– Какие заклинания ты взял за основу? – Спросил Гвид, наблюдая за руками напарника.

– Валлийские.

– На мелочи не размениваешься, – хмыкнул оперативник, – не стал даже Гвинею брать, сразу замахнулся на воскрешение тела с памятью и зачатками разума. Ничего удивительного, что способ тебя выжрал. Скажи лучше, дружок, когда у нас к валлийским заклинаниям транскрипцию прикрутили? Или тебя древним языкам в школе научили?

– Нет… – Маг выглядел растерянным, он вытер испачканные пальцы об рубашку, уставившись на Гвида. – Я не помню, как читал. Может, там действительно был перевод или транскрипция?

– Мне кажется, что не было. Не пишут такие книги с транскрипцией…

Дверь распахнулась. На мгновение лицо оперативника исказила ярость, но эмоция исчезла без следа почти сразу же. Он улыбнулся, глядя на стоящего на пороге босса.

– Адольфыч, какими судьбами?

– Гвид. Прекрати сейчас же паясничать! – Валентин закрыл за собой дверь, отрезая любопытные взгляды. – Ты решил забрать дело, поступившее к нам ночью?

– Да, мой профиль. Заодно Алехандро поднатаскаю, – он ткнул пальцем в сторону напарника, – а то он только домовых с чертями и видел.

– Труп осмотрели? Что у нас есть? – Сразу же включился в работу начальник.

– У нас есть нападение сильных демонов, – лениво отозвался Гвид, метнув предупреждающий взгляд напарнику, – парня сожрали и выебали. И неизвестно в какой последовательности. Кстати, это станет нашей головной болью. Наш покойничек – Виталя Черничный, который в миру Сапожников.

– Это богемный?.. – Валентин застонал, запустив пальцы в кучерявую шевелюру с обильной проседью. – Который отпетый гей?

– Нет, Адольфыч, геи – нормальные ребята, а этот настоящий пидор, – вздохнул оперативник. – Слушай, мы тут с самой ночи мотаемся, может кто-нибудь нам закажет пожрать?

– Угу, – кивнул босс, направляясь к двери.

– Приложил ты его новостью, – проворчал Сашка, когда начальник вышел из кабинета, – зачем?

– Чтобы в работу не лез. Его задача нас организовать и отбиться от прессы, а наша это дело раскрыть. Знаешь, что? Вали-ка ты домой. Смотреть не могу на твоё лицо. Как покойник в самом деле!

– Да ты… – маг хватал ртом воздух, чувствуя, как сонливость слетает под напором гнева. – Обойдёшься! Сначала поем.

– Резонно, – кивнул Гвид и вышел из кабинета.

Он поднялся на второй этаж Конторы и постучал в единственную дверь. Ответа не было минут пять.

– Войди, – наконец раздался глухой голос.

– Здравствуй, Варвара, – оперативник просочился в проход и встал на пороге, – я по важному делу.

В полутьме помещения было непривычно из-за тепла и влажности, как будто за обычной деревянной дверью начинался тропический лес. В каком-то смысле так оно и было. Стены и потолок увивали толстые зелёные плети растений так густо, что не видно было самих стен. Среди широких листьев и огромных бутонов курились благовония. Варвару сложно было заметить в этих зарослях – смуглое лицо и плечи терялись в тенях, а змеиный хвост был похож на толстую лиану. Нага свесилась с потолка, буравя вошедшего жёлтыми глазами с вертикальным зрачком.

– Конечно по делу. Нет бы девушке принести конфет, джентльмен, – она фыркнула, лениво переползла по стволу на стену, с потом на пол.

– Ты не девушка, Вар, а я не джентльмен, – криво улыбнулся Гвид, делая небольшой шаг в комнату, – да и на что тебе конфеты?

– Это жест, болван, – устало пояснила нага, скручивая змеиный хвост в кольца, – он делается ради внимания. Что у тебя там?

Опер вытащил из кармана телефон и показал фотографии символов, проявившихся на подошвах трупа. Женщина-змея перехватила гаджет и внимательно изучила изображение.

– Древний язык.

– Напарник Кота решил, что арамейский, – вставил Гвид, глядя в кукольное лицо наги.

– Ошибся. Это аморейский. Прародитель иврита, – она потёрла круглый подбородок когтистым пальцем, – ты взялся за очень серьёзное дело, мальчик. Здесь написана твоя смерть.