— Нравится мне ваша новая учительница. Молоденькая, а умная, видно, и сердечная. — И вдруг накинулась на Миколу: — Ты чего книжки да тетради поразбрасывал? Сложи сейчас же! Вот я уберу с этажерки все свое, переставь ее вон туда, к столу. Пусть там будет твой уголок!

Микола наводил порядок и думал об учительнице.

«Сердечная! Не сердечная, а вредная. Ишь пришла будто за делом, а по-настоящему, наверное, чтобы с мамой познакомиться, проверить, учу ли я уроки… Странно только, почему не рассказала она маме, что яблоки в саду воровал, что курил, что подговаривал весь класс кашлять на уроке, что ос подложил ей на стол?.. Ирина Тимофеевна — та бы сразу пожаловалась. Неужели побоялась? Или, может, снова хитрит?..»

Глава седьмая. Рыбацкий секрет

Микола полагал, что после такого позорного провала ребята не будут настаивать, чтобы он выполнил обещание — открыл им свой рыбацкий секрет. Но нет, все до единого потребовали! И, как и договаривались, в среду после уроков отнесли домой книги, пообедали и пришли с удочками и ведрами к нему, забрать его на реку, где он должен был все рассказать и показать. Ничего не поделаешь, тут уж не отвертишься.

Река возле их села неширокая. Даже плохой пловец легко может ее переплыть туда и обратно. Но рыбы в ней!.. Еще не было такого случая, чтобы кто-то рыбачил и ничего не поймал.

Взрослые рыбаки-лепехивцы чаще ловят рыбу вентерями и вершами, а ребятня — удочками.

Среди хлопцев лучшим удильщиком считался Олег Шморгун. Никто столько не наловит, сколько он. И рыба у него не какая-нибудь там мелкота… Караси величиной с картуз, лещи в две ладони, ну а щуки длиной с вытянутую руку. Где он такой рыбацкой науки набрался — неизвестно, потому что ни отец, ни брат его Сергей никогда не удили. Они уж если и ловили рыбу, то только тайком, запрещенным способом — волокушей или сетью.

Но вот Олега внезапно опережает — и кто же? — Микола! Тот, кого вообще не признавали за рыболова, потому что у него не хватало терпения тихо и недвижимо сидеть с удочкой.

Однажды, как всегда после ловли, хлопцы собрались у причала. Не было только Миколы. Рассматривали, кто сколько поймал! Рыба что-то не ловилась. У того четыре мелких рыбешки, у того семь, у того десяток. Олег и тот даже полсумочки не наловил.

— Это Микола виноват, — шутили. — Поплыл к острову в камыши, заманил туда всю рыбу…

— Микола-а-а! — кричали, только эхо стлалось над рекой. — Может, тебе помочь улов перевезти?

Он не откликался, но было слышно, как ударяет весло по воде.

— Ну хоть котику-мурчику наловил? — спросили насмешливо, когда подплыл к причалу.

— Не волнуйтесь, и вашим кошкам достанется.

Вытащил лодку, привязал к колышку. Ведерко с уловом стояло на корме, оно было прикрыто рубашкой.

Когда Микола снял рубашку, хлопцы глазам своим не поверили: в ведре было больше половины. Правда, не такая крупная рыба, но все же много.

— Где это ты наловил? — удивлялись.

— Как где? В речке! — горячо произнес Микола. — Там ее видимо-невидимо, надо только уметь удить…

У ребят от восторга светились глаза.

— Это тебе повезло, — насупился Олег.

— Кто умеет рыбачить, тому всегда везет, — усмехнулся Микола.

— Эх и задавака же ты! Посмотрим, как завтра будет. А пока давай посчитаем, сколько там в ведре!

— Настоящие рыбаки никогда не считают своего улова, — уверенно сказал Микола. Он надел рубашку, взял в одну руку ведерко, в другую удочки и весло и отправился домой.

И все-таки Микола не соврал. На следующий день рыбы у него было еще больше.

— Ну, как, и сегодня «повезло»? — посмеивался над хлопцами. — Чудаки. Да если бы я захотел, пол-лодки наловил бы! Жалко, некуда девать. Мама вчера сердилась, что так много принес: насилу почистили.

С тех пор и повелось. Микола какое-то время поудит со всеми у берега, наловит немного, потом плывет в камыши. А оттуда возвращается с полным ведерком.

Хлопцы поначалу думали, что он просто таскает рыбу из чужих садков. Но если бы так, кто-то непременно поднял бы шум. Может, место такое нашел, где рыба играет? Тоже нет. Пробовали и сами в камышах удить — зря, рыба не брала.

После этого уже все поверили, что он и впрямь знает какой-то секрет, и попросили открыться им.

Но Микола был неумолим.

— Секрет дело такое, — говорил, — когда его рассекречиваешь, он теряет силу.

Даже со своим другом Сашком не поделился тайной.

Хлопцы сердились на Миколу, но злости своей не показывали. Надеялись: пройдет какое-то время и он сам расскажет.

Так и вышло: сегодня они все узнают!..

Обычно на рыбалку шли чинно, степенно. А сегодня от нетерпения чуть не бежали и Миколу подгоняли.

Однако тот не спешил открываться. Когда пришли на реку, влез в лодку, размотал удочку и молча принялся удить.

Хлопцы, чтобы не быть уж слишком настырными, больше не торопили его, тоже начали удить, кто с лодки, а кто с берега. Пусть, думали, еще немного помнется, они подождут, дольше ждали, все равно ему некуда деваться, расскажет. Но когда Микола, поймав шесть красноперок, четыре подлещика, три окуня, сложил удочки и взялся за весла, забеспокоились.

— Ты куда?

— Туда же, — кивнул на камыши.