Читаем Что с душой? полностью

Путешествуя по святым местам, не раз убеждался, сколько там бесноватых. И псевдоправославных. И мошенников. И негодяев всех мастей. Казалось бы, благодать Божия должна очищать святое место от проявлений человеческих страстей. Это так и есть, но тут опять же всё нелинейно. Параллельно идет другой процесс – усиление искушений. Чем выше святость места, тем ужаснее там проявляется злоба бесовская. В местах концентрированной греховности, в каких-нибудь наркопритонах, борделях, казино бесам и делать-то нечего, там, по их меркам, и так всё нормально, люди и без них успешно созидают инфернальную реальность. Но святые места для бесов – это территория повышенной угрозы, там бесы работают изощренно, напряженно, ожесточенно, а зачастую и эффективно, потому что слаб человек. Бесы усердно трудятся, стараясь вводить людей в грех. Людям иногда удается устоять перед искушениями, но не всегда и не всем. В итоге на любое святое место налипает столько мерзости, сколько в другом месте и не встретишь.

Нечто подобное происходит и с Россией. Души людей Запада так мало стремятся к Небу, что почти не подвергаются искушениям. Люди Запада и так не лезут туда, куда бесы не хотят людей пускать. На Западе «врата адовы» реализуют на редкость эффективный проект по уничтожению христианства – с ним вроде ни кто и не борется, но из него устраняют суть, то есть Христа, оставляя один гуманитарный компонент. Из христианства устраняют вертикаль – связь с Небом, остается только горизонталь – связи между людьми. В итоге люди продолжают считать себя христианами, но уже таковыми не являются. Где люди не стремятся к Живому Богу, там для бесов уже почти нет работы. Адские твари стараются ввергнуть человека в грехи, чтобы перекрыть ему доступ на Небо, но если человек и сам туда не стремится, если в его душе отсутствует вертикаль, если он погряз в горизонтальных связях, то бесы не станут делать лишнюю работу. В итоге люди Запада все такие добренькие, любезненькие. И мертвые. (Не все, конечно, но большинство). А мертвых убивать ни кто не станет.

А с Россией ведь всё по-другому. Уже чего только с нашей страной не делали. Много раз пытались подчинить русских Ватикану. Русские гибли, но не променяли настоящего Христа на фальшивого «наместника Христа». А потом русские побеждали. Организовали нам государственный атеизм. Оторвали от Христа многих, и это было ужасно, но параллельно шел другой процесс: перед лицом гонений маловеры укреплялись в вере. Гулаг стал не только земным адом, но и фабрикой святых. Когда Россия избавилась от безбожной власти, на нас наслали, как саранчу, целые полчища проповедников-протестантов. Некоторое количество русских удалось увести из Церкви, но вцелом это был провал: в подавляющем большинстве наши люди не променяли Живого Бога на гуманитарную жвачку.

С Россией вообще не понятно, что делать. Русских только что дустом не посыпали, а они всё равно на Небо лезут – порою прямо в грязных сапогах и драных ватниках советского производства. Порою лезут коряво, нелепо, так что многие падают, ломая себе руки и ноги. Потом подлечатся и опять лезут, теперь уже имея горький опыт. И многим удается достичь Высшей Цели. Не всем, конечно, но с точки зрения ада – недопустимо многим.

Ад не будет смотреть на такие вещи в бездействии. Силы ада искушают русский народ гораздо сильнее, чем любой из народов Запада. В итоге у нас гораздо больше мелкого гуманитарного зла, чем на Западе. По сравнению с ними мы – живые, а живые ведь не железные. Живой человек может превратиться в скотину, а вот с мертвым такого не случится. Мертвый лежит, как положили. А русские постоянно падают нравственно, потому что нас очень сильно сбивают с ног, и то ведь многих не удается сбить, а многие потом поднимаются. Очень упертый народ.

Сегодня империя зла уже не Советский Союз, а Запад. Сегодня западная цивилизация – главная в мире антихристианская сила. При этом я вовсе не считаю Россию империей Добра. Куда уж. Да и не возможен рай на земле. Попытаюсь использовать в своём смысле исламскую терминологию, которая делит мир на «мир веры», «мир неверия» и «мир войны», понимаемый, как территория столкновения между верой и неверием. Так вот если Запад – это «мир неверия», то «мир веры» – это Царство Небесное. А Россия – это «мир войны». Вспомните Достоевского: «Дьявол с Богом борется, и поле битвы – сердца человеческие». Это про Россию.

На Западе эта война уже почти закончилась, там неторопливо подавляют последние очаги сопротивления. В России идет непрерывная война между верой и неверием. Эта война идет с переменным успехом, но настоящие русские, люди веры, всё никак не сдаются. На этой войне много убитых, много калек. На войне иногда отступают после поражения. Иногда стреляют по своим. На войне человек порою грубеет и даже звереет. На войне бывают трусы и предатели. Война – это море страданий. Но ведь это всё ради самого важного, что только может быть в жизни человека. Ради Бога. На Западе нет войны. Там тишь да гладь. Там кладбище.