Читаем Чтица Слов полностью

Улочка, на которой они очутились, была безмятежно тиха. Такое безмолвие присуще лишь богатым районам, где с приходом темноты в домах разжигают камины, и семьи собираются в уютных гостиных, чтобы обсудить минувший день. Здесь вечерами не бегает детвора, потому как дети аристократов приучены к покою, а их отцы и матери считают ниже своего достоинства высовываться наружу в потемках.

Потому жизнь останавливается до утра.

— Ух ты, неужели за столько лет я не забыла, как выглядят эти места. — Сольд дернула плечом, поправила съехавший с волос капюшон плаща. До Янга по туннелю их вела она, потому как единственная могла четко представить, где им следует выйти. — Дом Иттана где-то… — Посмотрела по сторонам. — Там.

Трауш шел чуть впереди, оберегая жену от возможного нападения. Туманы его ощупывали округу. Но, кроме одинокой повозки, запряжённой изнуренной лошадью, навстречу никто не попался. В окнах горел свет. Улица нежилась в тепле и сытости.

Их пустили в поместье Берков, не задавая никаких вопросов, но глава дома был бескрайне удивлен, что правители Пограничья требуют общения наедине не с ним и даже не с его сыном, а с какой-то безродной девушкой.

Тая.

В своем письме — составленном несуразно, зато полном переживаний — она детально описала их, Сольд и Трауша, прошлое, а о себе поведала коротко: «Я умею перестраивать Слова». О том, что рынди называют величайшим даром, она рассказывала так, будто стеснялась. Между делом. Мол, к слову пришлось, и не более.

Трауш жаждал увидеть Таю лично: или чтобы убедиться в её неповторимости, или чтобы почувствовать фальшь.

Граф не пытался навязываться. Да и вообще он всем видом показывал неприязнь к теневому лорду, держался поодаль. Как почти любой человек, а уж тем более — вояка, граф Берк не терпел чужеродную расу. Вроде не хамил, но едва удерживал на лице маску дружелюбия.

— Подождите в столовой. Я распоряжусь о напитках.

Когда граф вышел, держа спину неестественно прямой, Сольд задернула шторы.

— Мало ли что… — ни к кому не обращаясь, проворчала она.

Пламени десятка свечей не хватало, чтобы прогнать сумрак, и тот обернул собой столовую. Впрочем, он не раздражал. Сольд барабанила пальцами по столу. Трауш стоял, качаясь с носа ботинок на пятку.

Тая не вошла, но прошмыгнула в щелочку и неловко склонилась в приветственном поклоне. Подслеповато сощурилась, рассматривая лорда и леди.

— Я рада познакомиться с тобой. — Сольд встала и на долю секунды прижала Таю к себе, как прижимают давних подружек; девушка сжалась в комок и выдохнула лишь тогда, когда её отпустили на свободу. — Ты видишь? — восхищенно обратилась жена к Траушу.

Тот не верил чутью. Неказистая Тая была сильна — словно хрупкий сосуд вобрал в себя магию. Она — обычная девушка с фигурой ребенка, которой подвластно течение времени. Волосы её были угольно черны и чуть завивались у кончиков — хотя большинство рынди светловолосы. Тая так и не отважилась сесть. Держалась ровно, но запиналась, пока рассказывала о недавних событиях. О темной армии и разорванной завесе.

О себе почти не упоминала, точно и не было её в этой истории, и не она изменила ход событий, просто убедив будущее подчиниться.

— Как Иттан? — Сольд заметно побледнела, слушая о сожжении завесы.

Траушу не требовался свет, чтобы видеть волнения любимой женщины. Он слышал, как дрогнул её голос, потому подошел и ободряюще сжал плечи.

— Всё хорошо… уже. Он приходит в себя. — Тая сняла очки и обтерла стекла о край мужской рубашки, в которой тонула. — Вроде как магическое истощение, завеса ведь питала и его тоже. Но оно пройдет.

Помолчали.

— Тая… — Трауш не мог больше ждать. Ему требовались ответы, ради них он сорвался в путешествие и подверг опасности Сольд, которая наотрез отказалась отпускать мужа одного. — Какое ты видишь будущее?

— Почти любое. — Чтица выдавила слабую улыбку и подняла взгляд, но смотрела куда-то сквозь лорда, сквозь комнату и, наверное, сквозь само пространство. — Но только тогда, когда этого захотят книги. Или боги? Но ваше они мне приоткрыли. Не всё, но кое-что важное. — Сольд охнула, и даже Трауш задержал дыхание. — Ваш сын вырастет прекрасным мужчиной. Воином, достойной заменой отцу. Я вижу вас, леди Сольд, седовласой и вы прогуливаетесь с супругом по заснеженному яблоневому саду. Вижу вашу мать и вашего брата, с которым имела честь познакомиться. Вы ведь простили его? — Сольд кивнула как завороженная. — Рейк тоже обретет свое счастье, но позже. Всё будет хорошо, — сладко подытожила Тая, а глаза её блеснули в пламени свечей. — Но потом. Сейчас же — под угрозой все мы. Завеса породила множество чудищ, но Тьма — самый страшный из них. Он выжил в битве и где-то укрылся. Он соберет новую армию, он впитает стихию. И обрушится на нас разрушением и смертью.

— В письме ты не описывала конкретной угрозы, — напомнила Сольд, оглядываясь на мужа, будто спрашивая его: «И что нам делать?!»

Трауш осмысливал сказанное, машинально поглаживая шею супруги.