Обратно шли дольше обычного, но когда впереди показалась крепостная стена с зияющей в ней дырой, Тая поблагодарила богов. Обошлось.

Дыру охраняли двое стражников, вооруженных алебардами. Тае они были незнакомы. но не казались опасными.

— Где остальные? — поинтересовался левый.

Тая покачала головой. Правый понимающе склонил голову, но, едва девушка захотела провести внутрь Иттана, не позволил им пройти. Наставил острие на грудь.

— Постойте здесь.

— Что-то не так? — Иттан попытался выхватить меч, которого не было в ножнах, и, нащупав пустоту, сложил руки на груди.

Он не видел первого храмовника, одетого в черное, вышагивающего к ним степенно и с непонятной самонадеянностью. Тая поджала губы.

— Здравствуй, маг. — Храмовник стоял за спинами стражников, и широченная улыбка расползлась по его губам.

— Терк, что происходит? — Иттан слепо сощурился. — Где комендант?

— Схватить их, — елейным тоном приказал храмовник и подмигнул Тае.

— Что за бред? Отведите нас к коменданту!

Храмовник расхохотался в голос.

— Мертв ваш комендант. И вы, грязные отродья, вскоре отправитесь вслед за ним.

Тая не успела загородить собой Иттана — он получил в живот древком. Потеряв равновесие, бухнулся на колени. Извивающуюся Таю левый стражник ухватил за волосы, намотал косу на запястье и пинками потащил к казармам.

— Рассадите этих грешников по разным камерам, — небрежно бросил первый храмовник.

Из глаз брызнули слезы. Крик застрял на вздохе.

25

Эхо капель разбивалось о стены, напоминая о Затопленном городе. Камеры гарнизона были ржавы и стары, в них десятилетиями не содержались пленные. Не зажгли факелов, и полумрак рассеялся по коридорам. Топчан скис, но Тая упала на него — голый пол обжигал холодом. Сновали крысы. Вставали на задние лапы, принюхивались к новой соседке. Шипели.

Тая пихнула особо наглую крысу башмаком, но та и не думала убегать. Села у решетки, обвив себя хвостом. Выжидающе глянула.

— Иттан! — позвала Тая, и голос её, множась, разбежался по подземелью.

— А? — донеслось до неё далекое и безрадостное. — Ты в порядке?

— Да. — Тая обняла себя за плечи. — А ты?

— Глаза… — сказал он и замолчал, позволяя додумать самой.

Значит, зрение не восстановилось. А им сейчас ой как нужен здравствующий маг! Иначе сгниют в камерах, и крысы обгложут их лица.

Обсуждать план побега вот так, перекрикиваясь, было неразумно, потому ещё долго пленники слушали звон капель и шуршание крысиных хвостов. Наконец, с лестницы послышались шаги. Тая вжалась в угол, оскалившись, сама становясь крысой.

Стражник дошел до ближайшей камеры, где томился Иттан. Щелкнул замок.

— Вставай, маг. Священный костер заждался тебя.

— Костер? — Ирония так и сочилась в голосе. — Мы в цивилизованном мире или где? А нечистого из меня изгонять никто не хочет? Напоминаю, магия разрешена указом короля на территории всей страны.

Хлесткий щелчок, будто удар плетью, и волосы на загривке встали дыбом. Тая вскочила с топчана, потрясла за расшатанные, но крепкие прутья решетки.

— Эй! — заверещала она. — Иди сюда!

Но стражник не удостоил её вниманием.

— Ты б заткнулся, маг. Не в твоем положении обсуждать законы всевышних.

Судя по звукам, Иттана выволокли из камеры. Тая забилась сильнее, чаще. Заорала в голос.

— Послушай же! Мне нужна священная книга, я хочу прочитать молитву, — помолотив кулаками, потребовала она. — Ты не можешь отказать мне в праве быть услышанной богами!

— Молитву? — два удивленных голоса слились в один.

— Да. За упокой моего друга-мага и меня самой. Позволь мне умереть в согласии с верой!

Стражник с Иттаном поднялись по ступенькам.

— Позови храмовника! — уже наверху обратился стражник к кому-то. — Эта блудница удумала очиститься перед смертью.

Человек, стоящий за пределами подземелья, гоготнул. Дверь захлопнулась. И вновь тишина.

Но вскоре по полу зашелестели подолы храмовничьих одеяний. Таю посетили двое: первый храмовник и его сподвижник, молодой, но несимпатичный прыщавый тип. Тая помнила его липкий взгляд, который скользил по её телу — взгляд, совсем непохожий на отрешенного от мирских удовольствий человека. В руках сподвижник держал священный талмуд страниц этак на пятьсот.

— Ты осознала, сколь грешна? — первый храмовник говорил с отеческой заботой, но сподвижник его прыснул.

— Да. — Тая опустила взгляд. — Я не хочу вечно мучиться. Позвольте мне отмолить нас с магом-командующим.

Она смиренно села на колени, склонила голову, каясь во всем, что совершила и планировала совершить позднее.

Первый храмовник брякнул ключами — и решетка открылась.

— Выходи. Пусть твое покаяние видит весь гарнизон, дабы знать, что даже самые отъявленные распутники пред лицом смерти готовы уверовать в истинное.

Дважды просить не пришлось — Тая мышью выскользнула наружу. Под цепкими взглядами храмовников она вышла из подземелья, а там и из казарм.