Читаем Чистые души полностью

— Даже если так, до конца, положим, еще есть время. Несколько дней, всего лишь, конечно. Но… ты говоришь, исчезли твои силы? Ты уверена? Может быть ты ослабла, но через время…

— Проверь!

Она раскинула руки, будто хотела обнять его.

Семен пригляделся, нахмурился.

— Ну что? Теперь видишь?!

— Вижу. А Инфарит? Ра говорила, он после чистки был в таком же состоянии, как и ты. Что с его силой? Узнавала?

Марфа вытаращила глаза:

— Нет, я ведь про него забыла!

— Что ж так-то, Марфа? Хоть бы позвонила. Ра, дай… о, спасибо, — он взял телефон и набрал номер.

Голос на той стороне трубки был как у мертвеца.

— Инфарит. У меня тут Марфа. Говорит, потеряла силу. А ты? Как твое состояние?

— Я умираю, господин. Все кончено, смерть уже села мне на ноги и крадется выше. Скоро коснется сердца.

— Мне жаль, Инфарит.

— Тебе не жаль, страж баланса. Ты не знаешь ни жалости, ни горя, таков уж ты. Но я хочу сказать: это ты привел ко мне Марфу. Теперь ты должен, мне, так найди колдуна. Я оставлю тебе то, что ты хотел бы получить, если б умел хотеть.

— Инфарит…

— Я составил контракт, как только понял, что грядет мне. Утром твоя девочка, Ра, получит его. Прощайте.

— Стой, Инфарит, ты когда-нибудь…

— Слышал, чтоб из-за снятия порчи исчезала сила? Нет, никогда.

В трубке раздались гудки.

— И он? — простонала Марфа.

— Не понимаю… ведь я снял проклятье с Максима, сегодня. Да, было не просто, но со мной ничего не случилось. Почему?

— Потому, что у тебя нет души. Нет сердца, нет тела, ничего нет! Не за что зацепиться. А нам конец! Мне конец! Почему?! Так рано! Я не хотела!

— Разве не ты говорила неделю назад, что жалеешь о своем выборе продлить жизнь? Что за лицемерие, Марфа? То ты хочешь умереть, то нет. Я не понимаю тебя.

Она чуть не подскочила, глаза сверкнули яростно:

— Ты… ты…

— Я, да, я, — он зажал её рот ладонью. — Успокойся, хватит рыдать, соберись и подумай, как это исправить. Наверное ты исследовала источник силы прежде? Я помогу всем, чем нужно.

Она помотала головой и слезы хлынули из глаз. Семен убрал руку.

— Я только и ду… ду-у-маю, как быть! Но выхода нет! Я чую могильный хлад! Смерть дышит мне в лицо! Она уже занесла надо мной косу!

— Ты даже не пытаешься…

— Нет смысла! Все испробовано! Ни разу еще я не слышала, чтобы колдун лишался своей силы из-за снятия проклятья! Такого не бывало прежде! И я хочу…

Её голос просел, она тряхнула головой, отгоняя слезы:

— Чтобы ты сделал для меня всего две вещи. В память о былом. О тех днях, когда я… — всхлип, — была так молода и любила тебя. Ты ведь знал, что я любила тебя! Ты не мог не знать, ты чувствовал!

Она закрыла лицо руками. Семен молча погладил ее по спине.

— Так что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Найди того негодяя. Пусть он заплатит сполна за всё! Обещаешь?

— Что еще?

— Что ещё? Ничего. Да, проверь Гришаню. Вдруг это он сделал? Ты ведь не знаешь… мы расстались очень плохо.

— Разве? Я думал, он нашел другую, а ты его отпустила?

— Я не говорила… он ревновал к тебе постоянно. Он ведь колдун и знал, что я чувствовала к тебе и что к нему. Он сравнивал и ему не нравилось то, что он видел. Мы начали ссориться… потом всё стало ужасно.

— Я проверю его, хорошо. Не думаю, что это сделал он. У Гришатки никогда не было таких способностей. Мне рассказать ему о тебе, когда я его увижу?

Она покачала головой:

— Ни к чему. С ним все было ярко — эпоха неона. Но не по настоящему. Я не любила его на самом деле.

— Хорошо.

Она подняла голову. Глаза у Марфы были красны от слез:

— Обещаешь? Сделай это ради меня, а не по контракту!

Он тяжело вздохнул:

— Я не могу. Ты ведь знаешь.

Она кивнула:

— Знаю. Вот…

Из кармана она достала смятый, политый слезами листок.

— Знала, но надеялась, что хоть теперь ты… А, не важно! Тут все написано и стоит моя подпись. А оплата… помнишь, что из моих вещей тебе нравилось? Так вот, забирай их. Они теперь твои.

— Спасибо, Марфа, — он передал бумагу Ра.

Марфа допила остатки вина прямо из горлышка и встала:

— Ну что ж, прощай!

— Куда ты? Оставайся.

— Слишком мало мне осталось, чтобы тратить время на бездушную сущность не способную любить.

Он развел руками:

— Что уж есть. Но куда ты направишься? Скажи мне, если найдется выход, мне нужно будет тебя найти.

Она горько усмехнулась:

— Не пытайся всучить мне эту ложь, не пытайся завернуть в надежду пустоту, как цыганка дрянной товар в цветную бумагу! Впрочем, нет секрета, куда я еду. В деревню Расставки Псковской губернии. От неё остался только один дом. Я сохраняла его ради памяти все эти годы. Теперь поеду умереть туда, где родилась, где первый раз ходила босиком по траве, первый раз…

Она махнула рукой и пошла в прихожую, качаясь и всхлипывая. Ра протянула ей руку, но Марфа покачала головой и прижала девушку к себе:

— Не трать жизнь понапрасну, милая! Прощай.

Хлопнула дверь. Семен сел в кресло. Ра молча подошла и убрала пустую бутылку, стакан, вытерла капли слез со стола.

— Господин? Скажите, почему вы не сказали ей, что уже нашли колдуна?